Дом, в котором...

— Ты что-нибудь слышишь? — спросил Кузнечик.

— Весь Хламовник там. И много старших. Сиамцы уже вступили. Воют и стучат.

Кузнечик осторожно собрал кассеты обратно в пакет. Их было пять штук. И только две в подкассетниках.

— Как же я буду их слушать? — огорченно спросил он. — На чем? Ведь у нас нет ничего такого.

— Там четырнадцать посылок отвоевывают, — напомнил Волк. — И насколько я знаю Вонючку, среди них обязательно найдется что-нибудь, на чем можно слушать твои «дирижабли».

Кузнечик заволновался:

— Может, мне тоже пойти покричать?

— Там и без тебя много крику, — успокоил его Слепой. — Странно, что директор еще не сдался.

— Через полчаса пойдем, — сказал Волк. — Со свежими силами. Так будет больше пользы.

Кузнечик заглянул в пакет и еще раз пересчитал кассеты. Ровно пять штук. Ни больше ни меньше.

— Что еще тебе говорил Седой? — вкрадчиво спросил Волк.

Кузнечик удивленно посмотрел на него.

— Что уезжает. Что здесь плохо пахнет. Что потом будет хуже. То есть он не совсем так говорил. Ну, в общем, про старших.

— Про наших дорогих кретинов, — уточнил Волк. — Понятно.

Кузнечик нахмурился.

— Почему ты так говоришь о них?

— Потому что это правда.

— И Череп кретин? — возмутился Кузнечик.

— Он — больше всех.

— Теперь давай продолжение. Как ты хотел от Слепого. Чтобы можно было понять. Почему они кретины. А потом, почему Череп?

— Мне нетрудно, — Волк смотрел на Слепого. — Дом один. И хозяин в нем должен быть один. Один вожак на всех.

«И Седой это же сказал, — подумал Кузнечик. — Или что-то похожее».

— Они потому и дерутся. Каждый хочет быть тем, про которого ты говоришь.

— Долго дерутся. Так долго, что можно уже и не драться. Это просто смешно, — Волк покачал головой. — Если среди стольких людей не нашлось никого, кто прибрал бы к рукам остальных с их хотениями и нехотениями, все они ничего не стоят.

— Череп может прибрать всех к рукам!

Волк улыбнулся. Он смотрел на Слепого. Слепой лежал тихо. Может, слушал Волка, а может, далекого Вонючку.

— Странные у тебя мысли, — сказал Кузнечик.

— Это примитивные мысли, — признался Волк. — Детские. На них надо надстраивать этажи. Один, второй, третий, десятый… Тогда они приобретут мудрый вид. А пока старшие — это старшие. Можно только нежиться в их дыму и помирать от зависти, слушая их пластинки. Как один мой знакомый.

— Я не помирал от зависти. Я просто слушал!

— Зато я помирал, — признался Волк.

— Все равно, — упрямо сказал Кузнечик. — Череп не кретин. И Седой не кретин. Ты им просто завидуешь.

— Неужели вы сами ничего не слышите? — спросил вдруг Слепой.

Действительно, теперь было слышно. Отдаленные голоса и крики. Кузнечик заглянул в пакет с кассетами, потом посмотрел на Волка.

— Ладно, пошли, — Волк встал с пола.