Дева в саду

– С удовольствием.

Александр сухо сказал спасибо и рывком тронулся с места.

– Чем вы там занимались?

– Да так, ничем.

– Твои знают, где ты?

– Навряд ли. А вам-то какая разница?

– Я друг вашей семьи.

– Ах, вы вот о чем… – Фредерика икнула. – Так вот, это моя жизнь, и не надо в нее вмешиваться. – Снова икнула и добавила: – Особенно – особенно! – учитывая, что я в вашу не лезу.

Она откинулась и прикрыла глаза.

– Это другое.

– Может быть. Но все равно я не лезу же…

– Нет. Насколько мне известно.

Фредерику покачивало на поворотах, и голова ее тихонько перекатывалась из стороны в сторону. Александра она раздражала. Он был потрясен, увидав ее на хлипких коленях у Кроу. Во-первых, он хотел с Кроу поговорить, а она мешала, во-вторых, ему стыдно было вообразить, чем они еще занимались, пока он пребывал в неведении. Вдобавок он сам себе показался ханжой, и еще что-то шевельнулось внутри, когда он увидел тенью обозначенную округлость, которую мяли пальцы Кроу.

– Фредерика.

– Мм?

– Ты еще очень молода…

– Знаю и потому дозреваю с максимальной скоростью. Если и дальше так пойдет, то скоро буду достойна рассмотрения.

– Будь осторожнее. Ты многим рискуешь.

– Чем? Чем это я таким рискую, от чего сама не хотела бы избавиться?

Она стала смеяться, перекатывая голову туда-сюда, и Александр почувствовал, что она его изрядно утомила.

– Ты еще и пьяна к тому же.

– Возможно. Не представляю, сколько я выпила. Кроу мастер по этой части.

– А ты противный ребенок.

– Я отнюдь не ребенок. – Попытка смущенной улыбки, обернувшаяся зазывным оскалом.

– Мой долг накачать тебя кофе, но ко мне мы, естественно, не пойдем.

– Да уж. Это было бы неосмотрительно. Кстати, кофе-бар еще открыт.

– Господи боже.

– Я не любительница кофе.

– Ничего, выпьешь.

Александр погрузился с ней в мигающие ультрамариновые глубины, и они пили обжигающую пену и кислый кофе.

– Кто вы? Старший брат или дух-хранитель?

– Что?

– Вы меня вытащили из кресла жестом брата и хранителя. Только я выпила кубок и слопала кучу арахиса. Не в моих правилах отказываться от того, чего второй раз могут и не предложить.

– Все это тебе не по возрасту. Ты еще не…

– Да неужели? А моя сестрица спит с толстым куратом. Можете представить?

Александр старался как мог, но все же не подавил в себе любопытства.

– Я бы не подумал…

– Вы-то конечно. А я знаю. Я вообще много всего знаю. Не хочу быть кисейной подружкой невесты и как нежная фея порхать. Я знаю немного, но мне известна александрийского тайна стиха.

Александр решил, что это глупый намек на его собственный роман, – и был не прав. Фредерике и в голову не приходило связать название стихотворного размера с именем возлюбленного. Она, наоборот, хотела перевести разговор из сексуальной области в интеллектуальную.