Демон в шоколаде. Зимний бал в академии

Даже у невинной грешн… То есть, я хотела сказать, у девственницы, щеки раскраснелись, и слюноотделение в разы увеличилось. А мне этих голых торсов в жизни пришлось повидать немало, но все, все они проигрывали в сравнении. Раздражает. Вот с той самой секунды, как Сеттар о женитьбе заговорил, просто бесит!

— Пожалуйста, — с издевкой произнес он.

— Благодарю! — ответила я.

Перетечь, как только что это сделал демон, мне, разумеется, не удалось. Мешало изрядное количество лишней ткани, намотанной на мне. Впрочем, в данный момент, я ее лишней все же не считала, но движения она сковывала. Гадский демон отошел к столу и молча, наблюдал за мной. Жених, тоже мне!

Отсутствие более-менее пригодного для ношения туалета не позволяло мне мыслить рационально и чувствовать себя уверенно. Что там Вас говорил? Монетку хозяину за постой оставить? Так и за позаимствованную одежду вполне можно заплатить. Благо родитель меня почти не ограничивал в карманных расходах, в пределах разумного.

Больше не обращая абсолютно никакого внимания на голого, пристально наблюдающего за мной в эту самую минуту, демона, я окинула взглядом комнату и направилась к массивному шкафу на толстых гнутых ножках. За спиной ехидно хмыкнули. На здоровье! Мне-то что?

Распахнув деревянные дверцы, уставилась на содержимое. Да, у комнаты все же, к моему сожалению, был хозяин, а не хозяйка. Внутри шкафа ровным рядом висели камзолы, кафтаны и рубашки, на полочках — шейные платки, свежее исподнее и прочие мужские мелочи. Все безупречно аккуратно сложено. Пахло из шкафа приятно и очень знакомо. Возможно, я знаю владельца этих вещей или, как минимум, сталкивалась с ним в академии? Задумалась, перебирая в памяти. Безуспешно. Да и какая, в сущности, разница?

Позаимствовать пришлось две вещи: темную рубашку из плотной льняной ткани и неширокий кожаный ремень. При этом, мне удалось проявить чудеса ловкости, удерживая одновременно и остатки платья, и волочившееся за мной большое одеяло.

Прошла к кровати. Демон, надо заметить — по-прежнему голый, продолжал смотреть.

— Отвернитесь! — выпалила я.

— Чего я там не видел? — возмутительно резонно заметил он.

— Хам! — это снова я. Не удержалась. Да и кто бы на моем месте смог?

Отворачиваться пришлось мне. Наплевать! На учениях и не такое бывало. Хотя, там так пристально на меня все же никто не пялился. Одеяло вернулось на кровать. Собственно, верх у моего платья уже отсутствовал, свисая жалкими половинами по бокам, поэтому я быстро накинула рубашку. Утонула, конечно. Но если подвернуть рукава, и заправить ее под юбку, вполне сгодится.

Теперь, когда плечи, грудь и живот были целомудренно прикрыты, уверенности стало больше. Прилагая достаточно усилий, избавилась от остатков лифа.