Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

– Кямиль-ака, объясни девушке, что этанол – нейротоксин, с ни разу не меньшей психоактивностью, а никотин вызывает привыкание ничуть не слабее. Так, о наркотрафике потом, в соответствующем эпизоде баек, а пока о ролевых играх.

– Еще в самом начале путешествия на ту сторону я начал чувствовать некую… неправильность, что ли… в реакции окружающих на мои слова, действия либо бездействие. Впрочем, осознание пришло задним числом, потому как в путешествии голова занималась чем угодно, только не анализом. Задница в мыле была в прямом и переносном смысле. Только к концу марша я таки сформулировал и задал жене вопрос: почему ей прислуга кланяется глубже, а дворяне гораздо внимательней относятся к Салли, а я как бы приложением иду? В общем, выяснилось, что демократизм и отсутствие чванства идут по статье «плебейство», а прокачать скилл смотрения на окружающих сверху вниз мне было негде. Там я только до страшного прапорщика допил… тьфу! дослужился, здесь тренироваться не на ком. Сразу же возник вопрос, а где подобными навыками обзавелась уроженка страны победившей демократии и равных возможностей? Тут начали вылезать интересные подробности. Салли девушка скрытная, а постель, как известно, еще не повод для знакомства. За прошедшее до и после свадьбы время я выяснил нежелательные темы для разговоров, ну и не лез в душу. А тут, значит, вылезло: «Ну, кто они для меня? Я шериф, а они – мексы! Кто победнее – нелегалы, побогаче – мафиози. По системе Станиславского, девочке с ранчо нельзя смотреть на людей свысока. А офицеру полиции на правонарушителей – можно».

– Именно так. Несмотря на некоторые пробелы в образовании, май дарлинг знает, что Станиславский и Немирович-Данченко – это два человека, а не три. Вот что студенческая театральная студия с «тупы-ы-ыми америкосами» делает. Быть дочкой реднека тоже полезно: нет соблазна читать рэп и учиться специальности продавца воздуха – папа с мамой не одобрят, братья засмеют. Мой же опыт ограничивался ролью в школьном спектакле – угадайте какой? Ведь все знаете, не раз наверно произносили вслух и уж наверняка думали! Ну же?! Корабельного Кота! По сценарию, я произносил свой текст и в конце тырил на камбузе тушенку. Уже по своей инициативе."

"Дружный ржач распугал сорок, рассевшихся по соседним деревьям. Комментарии сводились в основном к: «бог шельму метит», «что же ты начальником продсклада не устроился, с такими склонностями»?

– Короче, начал я овладевать искусством грамотно понтоваться. Тут же любой доходяга имеет эпическую родословную, и даже перебиваясь с хлеба на воду, пальцы гнет как министр-администратор из «Обыкновенного чуда».