Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

Снова ухожу от палицы, блокирую нож, отскакиваю и – ННА, этого у вас не знают! Выпад, проход по рукояти, остановка удара и сразу же – широкий отмашной по горлу. Готов!

Добиваю (сам! Я впервые в жизни человека руками убил, но здесь и сейчас иначе нельзя – лицо потеряю) второго, удачно попал – ударом в грудь. Широкий клинок пальмы с хрустом проламывает грудную клетку, застревает, тащу назад со скрипом, противным таким. Нет, тошнить будет потом, если вообще будет. Двадцать первый век кончился…

– ЫЫЫЫЫР! – Кровью забрызгало, штаны теперь хрен отстираешь, «Тайда» нема! И воздев руки: – Господи, прости меня грешного!

Потом хоронили наших, быстро и совсем не торжественно, потом шли назад – предупредить всех, не всемером же эти к нам приперлись, явно их больше.

Сейчас вот иду, отчищаю кровь с клинка пучком травы, думаю – надо у Шоно антидепрессантов каких спросить. А индейцы совсем по-другому смотрят. Интересно, не накосячил ли я где? Хотя все правильно, в лучших заветах и дедушки покойного, который учил оружие зря не вынимать, но если уж вынул – делать по полной, и Дяди Саши, который вождю ихнему сказал про нашу жуткую свирепость.

Собачке ошейник с медалью делать не буду. Я ей при первой же возможности памятник при жизни поставлю. Так и вижу – черная бронза, огромная зверюга, задранная нога, тело дохлого людоеда…

Ирина

Август, слегка жарит солнышком, с моря слышится плеск воды и доносит ветром запах водорослей. Так и тянет выбраться на пляж позагорать, в водичке поплескаться… Но – нельзя! И не только потому нельзя, что могут всякие-разные нагрянуть, а еще и потому, что надо наконец подстричь те колючие кустики, что посадили вместо забора вокруг томатно-картофельно-прочеовощных посадок."

"Кустики, конечно, пока еще так себе – все же лишь недавно посажены, но ветки боковые следует обрезать. Хотя бы затем, чтобы сборщики урожая не перецарапались об них потом, когда пора придет томаты-картошки всякие собирать. Да. Вот и чикаю я их сейчас – практически в гордом одиночестве. А все почему? А все потому, что Катю припахали медициной заниматься, благо нервы у Катюшки ого-го! Она ж ни вида крови не боится, ни того, как раны колотые там, резаные выглядят. Видно, мамина «закваска» сказывается. Мама-то ведь у нас медик была, а может, и сейчас где-нибудь там есть… Ведь не факт, что родители погибли при БП – может, их тоже перенесло, хотя бы и сознанием!

Ну во-от, две трети заборчика дочикали, можно и отдохнуть, водички из глиняной бутыли хлебнуть. Бутылка – моя личная гордость! Сама вылепила. Правда, за основу пришлось взять обыкновенную пустую оплетку на тяжеленной стеклянной бутылине, обмазать ее с внешней стороны потолще, обсушить, плетенку вытащить и только потом прилепить горлышко к будущему изделию.