Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

С Главной Гильотиной… Двери в Славу, ептыть… Так сказать – добро пожаловать на скрижали Истории! Хорошо еще, что термидорианцы гильотину все-таки с площади-то убрали… Это как-то обнадеживает. Хотя и ненамного – в Консьержери она вполне работает и без всенародного обозрения. Когда надо… Кольчугу, что ли, начать носить?.. Или бронежилет изобрести… Ага: из кевлара!.. Тьфу… Проклятая пыль…

Придерживая располосованный ударом кинжала китель, отдаю оружие обратно лейтенанту драгун и вставляю ногу в стремя Буцефала. Приказываю:

– В Тампль!

Все равно туда едем. Там и допросим.

2

– Я лечу, я спешу – тороплю коня… «Как живу? Как дышу?» – спросят у меня…

Хорошие в Тампле подвалы. Глубокие. С прекрасной звукоизоляцией. Хоть из пушек тут стреляй – наверху ни черта не услышат. Потому петь можно все, что в голову взбредет. Ну вот мне и взбрело…

Но на то и голова

Есть у палача,

Чтобы думать сперва,

Не рубить с плеча!

Не шлягер, конечно, чего уж там. Да и забыта давно. Я и сам думал, что забыл – ан нет, всплыло. «Каин XVIII». Песенка палача. От сенсорного голода, очевидно – ни кино, ни видео здесь ведь нет. Вот и лезет из подсознания… Как там ее Вицин пел… Да. И не хочешь, да вспомнишь.

Тем более и обстановка располагает.

Допрашивать я кое-кого собирался. Да не того «тулонского мстителя»! – не мое это дело: его найдется кому допросить в новосозданной «ЧК» – а фигуру куда как поважнее: Барраса… Для того и ехал. Да вот что-то сомнения меня взяли. Причем не первый раз уже. И каждый раз так вот: соберусь, совсем уже приеду – и задний ход даю.

И вот опять думаю. Покуривая трубочку в допросной камере. Ну и – пою себе, да… Как чукча.

Ага: рубить иль не рубить – вот в чем вопрос! (Если кто думает, что заел меня гуманизм, – то пусть он так не думает! Я тут уже под сотню смертных приговоров подмахнул, по мере приведения столицы к единому бою. Для вразумления самых отмороженных… В том числе токарю Тинелю – любителю отрезать головы депутатам. Ну и из мускаденов кое-кому – кого взяли с поличным «на горячем» – то есть на пробивании «тростями» уже санкюлотских черепов… Чтоб, так сказать, никто не ушел обиженным… Ниче так дело оказалось, несложное: «казнить нельзя помиловать!» – и мальчики кровавые в глазах после этого не бегают. Да и было бы кого жалеть…)

Здесь закавыка в другом.