В центре урагана

Показав жестами на растяжку, аккуратно огибаю отмеченное место, иду дальше. Костер дымит, в него убитый свалился. Под навесом лишь тела вповалку. Южную часть лагеря мы неплохо проредили, но все равно, идем настороже. Основные вражеские силы дальше, это так — самые никчемные, для кого даже палаток и выпивки не нашлось.

Справа мелькнуло несколько человек с белыми тонкими повязками на левых рукавах. Наши. У нас точно такие же, из полосок материи. Чтобы в пылу сражения друг друга не перестреляли. Отлично, им теперь фронтом наступать, выдавливая остатки банды к реке, а мы левее пойдем, будем берег перекрывать. Благо, кусты успели неплохо изучить и знаем, где и как можно попытаться удрать. Там у нас гостинцы стоят. А по болотине особо не побегаешь. Таких живчиков мы постараемся подстрелить, не подставляясь под ответную пулю. Нас здесь четырнадцать человек, более чем достаточно и для обороны и перехвата.

* * *"

"Побоище закончилось где-то за час. Все же грамотная организация и внезапность нападения на не подготовленный к обороне лагерь — это очень серьезно. Это позволяет с самого первого момента захватить инициативу, посеять панику в чужих рядах и выбить врага с любых оборудованных позиций.

Первые же залпы уничтожили больше трети пиратов. Потом еще почти столько же выбили во время поднявшейся беготни по лагерю. Патронов не жалели, поэтому свинцовый шквал не давал даже голову поднять. А когда по центру лагеря ударили еще минометы, остатки банды побежали куда глаза глядят. На севере — мы себя обозначили, поэтому туда даже не сунулись. Кто рванул на юг, в сторону прииска, тех положили на берегу ручья. Как раз охрана подошла, перекрыла окончательно пути отхода. Поэтому вымели всю шваль на заболоченный берег, загнав в заросли бамбука и камыши. Загнали и стали гвоздить по ним из бомбометов, накрывая любое шевеление. Стрелки расположились между захваченных навесов и с возвышения вылавливали любую тень. Или просто долбили по зарослям, заставляя вжиматься в грязь как можно глубже. А со стороны реки уже с баржи и буксира добавили, пресекая попытки мелькать на открытых местах.

Поэтому ближе к семи часам наступила относительная тишина. Иногда доносились редкие выстрелы, да слышно было раненых, которых быстро сортировали, добивая тяжелых и сгоняя в кучу ходячих. Приказ был однозначный: балласт не берем. Нам остатки разгромленного воинства еще в город в тюрьму гнать. Хотя, положа руку на сердце, я бы вообще всех бандитов тут и похоронил. Но полковник Кузнецов приказал пленных не добивать, если идти смогут. Может, он и прав. Если мы сейчас показательно расстрелами займемся, то остатки банды засядут в зарослях и будут драться до последнего. А так — вон уже и кричат, что сдаются.