В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Прочие стихийные маги рождались редко и непредсказуемо: иногда по дюжине за поколение, а иногда всего по паре за целую сотню лет.

Малфои заполучили другой наследственный стихийный дар – магию воздуха. «Огневики» с «воздушниками» ценились особо, и боевые ковены, каких до введения Статута о секретности было множество, платили стихийникам, не скупясь.

В конце концов, набравшись опыта и скопив достаточно галлеонов, Нотты учредили собственный ковен. С тех пор в Британии не было содружества боевых магов сильнее, многочисленнее и могущественнее.

Безалаберное же семейство Малфоев предпочитало наниматься бойцами к Ноттам или ещё к кому. Сейчас об этом мало кто помнил, но в пьянках, бесчинствах и мотовстве Малфои успешно соперничали с Блэками. Численностью белобрысые «воздушники» тоже не уступали ни Блэкам, ни Прюэттам, ни, Мордред их сношай, Мраксам. Пол-Уитлшира числилось в малфоевских бастардах и иногда в Малфой-мэноре обреталось до десятка боевых магов с жёнами, детьми, вассалами, наложниками, наложницами и всяким сбродом, собранным по окрестным тавернам.

Но уже тогда Малфои были со странностями. О них Нотту напомнил учитель покойного отца, гостивший в Нотт-мэноре прошлым летом. Старому Джагсону, деду азкабанского сидельца Айвора Джагсона, было уже за сто пятьдесят лет. Нотт, не слушая, вежливо поддакивал старенькому магу, похожему на сушёный мухомор, пока беседа не зашла о маглах.

– Ежели Дамблдор, сожри его мантикора, добьётся отмены Статута о секретности, то я хотел бы до этого дожить, – дребезжащий тенорок деда наполнился непонятным Нотту злорадством. – Гляну на его рожу и помру спокойно.

– Как так, мистер Джагсон? – равнодушно спросил Нотт, больше для поддержания беседы, чем из желания выслушать дедовы объяснения.

– Он, вонючий маглолюб, квакнуть не успеет, как очутится на побегушках у Люци Малфоя, – удовлетворённо сказал Джагсон. – Когда Дамблдор поймёт, что он всю жизнь пиздел, о чём понятия не имеет, будет поздно. Хорошо, что Эйби Малфой помер, а то Статут бы уже отменили.

Нотт вытаращился на деда. Наверно, вид у него был дурацкий, потому что Джагсон снизошёл до объяснений:

– Малфои всегда были с маглами не разлей вода, ещё со времен Ублюдка. Побойся Мерлина, внучок, ты тоже веришь в их россказни о – фу-фу-фу! – грязной крови магловских животных?

Нотт кивнул. Не он один, вся Британия верила.

– Вот же, бляди белобрысые! – дед хлопнул себя по колену. – Никогда не говорят того, что думают. И как-то так говорят, суки, что все верят их словам, а не поступкам. Из всех магических семейств только Малфои всегда были по уши в магловской политике, магловских войнах и магловских деньгах. Правда, в отличие от тех же Борджиа или Медичи, у них доставало мозгов не лезть на глаза.