И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

«Крайслер» покатил вперед, огромный, словно прогулочная яхта, свет ламп отражался в его сияющих лакированных бортах. Медленно и торжественно он выплыл из гаража и скользнул в дорожный трафик, как в глубокую воду – тяжелый, неповоротливый. Грандиозный.

Чем ближе подъезжал Стэн к дому, тем неуютнее ему становилось. Внезапная шалая эйфория уходила, оставляя муторное похмелье, и ситуация, которая пять минут казалась восхитительно абсурдной, ласково скребла когтями по затылку: ку-ку, я здесь! Я тебе нравлюсь?

Стэн, тебе же двадцать пять лет. Но спишь ты в той же кровати, что и в пятнадцать. А сандвичи на работу тебе делает отец. Стэн, у тебя на заднем дворе окоп. А вокруг окопа – бруствер из мешков, заполненных землей. Стэн, твоя единственная покупка за последние два месяца – набор футболок в армейском стоке. Ты правда собираешься кому-то это все показать?

Огромный кроваво-красный «Крайслер», припаркованный перед домом, был таким же чужеродным объектом на этой улице, как нож в печени. Стэн нервно стянул полы куртки, прикрывая танцующего единорога.

- Идем! – Делла вылезла из машины и завертела головой – быстро, как птица. – Красиво тут у вас. Все такое аккуратное.

- Думаешь? – Стэн тоже оглянулся. Вдоль улицы тянулись одинаковые, как под копирку дома: выступающий карниз над крыльцом, большое окно на втором этаже и мансарда. Серый и бежевый, белый и черный. И зеленый – там, где из-под выпавшего снега проглядывают кусты. – Не знаю. Я привык.

В дом Делла вошла медленно и осторожно, остановилась у двери, с любопытством оглядываясь.

- Ну… Как-то так, - окончательно смутился Стэн и тут же разозлился на себя за это нелепую растерянность. – Окоп на заднем дворе. Пошли.

Послушно шагая за ним по пятам, Делла пересекла гостиную, свернула в коридор и вышла на аккуратно подстриженный газон.

- Вот, - вздернул подбородок Стэн. – Окоп.

Под ребрами ворочалось угловатое, липкое и холодное. Как будто обледенелый кирпич проглотил.

Делла опустилась на колени, разглядывая аккуратно свернутый спальник, стопки журналов и термос с кофе.

- Ого. Здоровый какой. Круто! Можно вниз?

На лице у нее сиял чистейший восторг. Стэн споткнулся об него, как об камень с разбегу, дернул плечами и покраснел.

С радостным воплем Делла сиганула вниз и плюхнулась на брезент, раскинув руки звездой.

- Отсюда видно небо, - сообщила она. – Мне нравится!

Стэн присел на корточки, перегнувшись через край.

- Не лежи на земле, холодно. Если хочешь поваляться, разверни спальник.

Делла немедленно последовала совету: раскатала по брезенту плотный простеганный чехол и переползла на него, предусмотрительно сбросив ботинки.

- Конечно, папочка. Где кофе?

- Тебе что, сюда принести? – удивился Стэн.