И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Жесткие и неудобные, как броня, они пылились в глубине ящика, но труп с торчащим из глазницы стулом явственно намекал: пришло время сменить приоритеты.

Расставив по столу десяток чашек Петри, Петер раскрыл амулет и вытащил пинцетом первый объект. Тонюсенькая, как спичка, косточка, отправилась в стеклянное блюдце, а сверху Петер прихлопнул ее крышкой, исчерченной рубленными шпалами блокирующих рун.

Второй объект – стебелек травы.

Третий – заскорузлая тряпочка. Петер мог бы поклясться, что пропитана она кровью – скорее всего, того самого животного, от которого взяли кость. Но есть варианты, есть варианты…

Четвертый объект – вырезанная из светлого дерева руна фео, воздевшая перекладины, как богомол – лапки.

Пятый – крохотный кусочек авантюрина.

Заполнив все чашки, Петер взял с полки еще несколько, и разложил туда обломки хвойных игл, связанные узлом жесткие волосы и обмотанную красными и зелеными нитками медную проволочку. В последнее блюдце он ссыпал порошок: что-то белое кристаллическое, темный мусор и раскрошившаяся сухая листва.

«Вывод после визуального обследования: стандартный набор амулетов удачи с допустимыми произвольными вариациями» быстро накорябал в тетрадке Петер и подвинул к себе ннастольную лупу.

Косточка была птичьей – в жертву чужой удаче была принесена пичуга размером с воробья. Грязь на тряпке предсказуемо оказалась кровью – и Петер, совместив эти два элемента, взмахнул палочкой.

Над доступными фрагментами останков проступил полупрозрачный образ невзрачной рябенькой птички – не воробей, но что-то очень похожее.

«Проверить птицу. Есть вероятность, что ареал можно привязать к локализации производства» - пометил Петер и перешел к травкам. Полынь, чертополох, белладонна, четырехлистный клевер. Ничего интересного, все как в учебнике.

Белое кристаллическое вещество – все-таки сахар, такой в любом супермаркете мешками закупать можно.

Темный порошок – частички грунта.

«Производство амулетов вне лаборатории. Вероятно, кустарное производство в стихийно организованней мастерской», - сделал очевидный вывод Петер.

Волос для визуализации было слишком мало. Петер сконцентрировался и всадил в Остендус Объект максимальный заряд, но все, чего он добился – смутный образ кого-то очевидно четвероногого. Лошадь, что ли?

«Мастерская рядом с конюшней? Создатель амулетов ездит верхом? Может, цирк?»

«Нитки обычные, швейные. Нет смысла устанавливать производителя.»

Над рунами Петер завис. Фео – процветание, тут все понятно. Йер – урожай, он же доход, успешное завершение дел. Но гифу, символизирующая дар, - это вовсе не материальная выгода. Гифу – это обмен энергией, причем двусторонний. Расширяя границы восприятия, реципиент отдает равноценную часть собственной силы.