И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Например, на девицу в расстегнутом пуховике, из-под которого невиннейшим розовым отсвечивала футболка с котятами, наряженными в балетные пачки. Раз! – нога в заляпанном грязью кроссовке врезалась в тощее колено. Два! – брюнет, запнувшись, кувыркнулся мордой вниз. Три! – Делла навалилась на него, заламывая руку за спину.

Четыре, - брюнет выскользнул из куртки, отбросив ее, как перепуганная ящерица хвост, и рванул прочь. А потерявшая равновесие Делла свалилась на тротуар, сжимая ветровку с жизнерадостной надписью «Я люблю Нью-Йорк».

Стэн промчался мимо нее, не останавливаясь, догнал недовампира на повороте и от души врезал ему локтем между лопаток. Брюнет запнулся и опрокинулся на асфальт, и Стэн метнулся к нему, но врубился с разгона в пожарный гидрант. Нога онемела, колено подогнулось, и Стэн, взвыв, снова упал на задницу.

- Да ебаный ты в рот!

- Не вставай! – заорала сзади Делла. – Халаклак!

Что-то невидимое, но ощутимое, как воздушный удар, промчалось мимо Стэна, вздымая над тротуаром снежную крошку. Бетон на мгновение свергнул глянцевой коркой льда, и беглец, взмахнув непропорционально длинными, как лапы у богомола, руками, на полном ходу въебался мордой в землю. А вместе и ним и парочка случайных прохожих, которым не посчастливилось выйти из дома.

Пока Стэн медленно вставал на колени, а потом и на ноги, Делла решительно пересекла тротуар с размаху залепила брюнету кроссовком в морду.

- Я кому сказала: лежать!

Уже поднимающийся на четвереньки продавец амулетов булькнул и сполз на землю. Стэн наклонился, сдернул с тощей шеи гри-гри, обрывая противоестественную цепочку везения, и защелкнул наручники на мосластых запястьях.

- Все, сука. Отбегался. Ох, мать твою, - с трудом разогнувшись, Стэн потер кулаком многострадальный копчик.

- Как будто лом в жопу засадили. Причем острым концом, - Стэн потянул задержанного вверх, с облегчением ощущая, что тело само поднимается в воздух. - Спасибо. Подержи его, а то я вообще на ногах не стою.

Бессовестно цепляясь за брюнета, которого левитировала Делла, Стэн дохромал до машины и медленно опустился в кресло. Спину прострелило огненной вспышкой боли.

- Блядь! Кажется, мне нерв защемило, - пожаловался Стэн и мрачно оглянулся на скорчившегося на заднем сиденье брюнета.

- А вы мне зубы выбили! – неожиданно писклявым голосом отозвался тот и облизал начинающие распухать губы. - Я жалобу подам! Это произвол! Вы не можете просто взять и…

- Шаанти. Акара, - взмахнула палочкой Делла, и брюнет, запнувшись на середине фразы, с деревянным стуком опрокинулся на передние сиденья. – Да чтоб тебе! Не в эту сторону! – упершись в грудину, Делла оттолкнула оцепеневшего, словно по команде «замри», задержанного, и тот, утратив равновесие, сполз на пол.

Делла проводила его тоскливым взглядом.