И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Делла вылизывала, целовала и кусала, это было и больно, и сладко, и охуительно приятно. Стэн вздрагивал, подаваясь навстречу, и комкал пальцами одеяло.

- Тссс… - выдохнула она куда-то в диафрагму – Стэн кожей почувствовал прикосновение холодного воздуха.

Делла спускалась все ниже и ниже – дуги ребер, мягкая впадина солнечного сплетения, отвердевшие мышцы живота. Теперь к наслаждению примешивались внезапные вспышки щекотки, и Стэн дергался, стонал и хихикал попеременно.

От пупка по расширяющейся к паху дорожке волос, язык скользит, вырисовывая узоры, горячие прикосновения сменяются холодным касанием дыхания. Резинка штанов. Губы движутся, прихватывая кожу, прижимаются сильно и яростно, почти болезненно. Завтра там будут засосы, но Стэну все равно. Стэну плевать. Потому что Делла сдвигает штаны вниз, прикусывая тазовые косточки. От прикосновения зубов тело прошивают огненные искры, бедра судорожно дергаются, а член вздрагивает, натягивая трусы. Стэн запрокидывает голову и рвано выдыхает. Ее губы так близко… так близко… От этой мысли сносит крышу, в голове остается только гулкая пустота, а в ней оглушающее биение пульса.

Она целует бедра, нажимает ладонями, заставляя развести ноги, и лижет чувствительную внутреннюю поверхность. Горячее дыхание касается мошонки, и яйца от него поджимаются и твердеют до каменной прочности.

Сейчас Делла остановится. Поднимется, приблизится для поцелуя. А потом Стэн ее трахнет – прямо здесь, перед камином. Сейчас Делла…

Делла не остановилась. Подцепив пальцами резинку, она потянула штаны вниз одним плавным движением, освобождая член. Стэн тихо всхлипнул и затих, вцепившись кулаками в одеяло. Хер стоял, отсвечивая ярко-красной головкой, как ебаный маяк – и Делла, наклонившись, лизнула ее кончиком языка.

Стэн вскрикнул и выгнулся.

В последние годы с интимной жизнью у Стэна было довольно хуево – в казарме возможности для ебли нулевые. Но в старших классах Стэн пользовался всеми благами свободы и молодости. Он азартно постигал азы сексуальных практик и стремительно совершенствовался, продвигаясь от парня, который спускает в кулак, до чувака, который может полчаса не вынимая.

Да, это был рекорд. И да, Стэн им дохуя гордился.

Но девочки Стэну попадались до боли порядочные. От первого свидания до скромного петтинга он полз по пустыне недоеба не меньше месяца, а до полноценного секса нужно было полгода всухую тарахтеть. И никто никогда не предлагал Стэну отсосать.

А снимать проституток он брезговал.

Эта сторона интимных отношений оставалась для Стэна сладкой загадочной тайной – до тех пор, пока Делла не облизала ему член.

- ОХ ТЫ Ж МПФЫХЫХ! – взвыл Стэн и тут же заткнул себе рот кулаком.

- Все нормально? – растерялась Делла.