Стажировка в Северной Академии

Не зная, что сказать, и как вести себя в этой ситуации, лишь выдавила:

– Мне жаль.

Кажется, он даже не расслышал моих слов, продолжил свой рассказ:

– Ты знаешь, я бы ушел вслед за ними, ничего меня больше не держало в этом мире, но Вайлис как будто знала это – перед тем, как навсегда покинуть меня, она потребовала клятву, что я проживу эту жизнь за всех нас. – Аттэ поднялся, прошел к окну и уже оттуда тихо закончил:

– Единственная возможность видеть их, это ходить за грань, и это того стоит, – уверенно закончил он и я не смогла не кивнуть в ответ.

Тишина упала между нами, как непроходимая стена.

Возможно, стоит. Я сама не раз, после смерти родителей, мечтала очутиться за гранью, всего на мгновение. Лишь бы увидеть их. Лишь бы вновь обнять отца и маму, услышать их голоса, почувствовать, что я не одна. Но, к счастью, мои попытки путешествий не увенчались успехом. Моя магия не желала подчинять смертельным узам, и я оставила бесплодные попытки

– Вы не боитесь? – спросила тихо.

– Я? – он усмехнулся. – Мне уже давно нечего бояться, все, что у меня было самое ценное, я уже потерял, так что...

Да, я помню – его ничто не держит в этом мире.

– А лайхи? Что будет, если они...

– О, нет, милая, об этом я позаботился. Даже от духов бездны есть надежная защита.

Он не сказал больше ничего, а я не стала спрашивать.

– Так что ты там говорила про научного руководителя? – старик перевел тему, и я тяжело вздохнула. Мое горе от потери работы теперь казалось таким надуманным и глупым, что слова лились рекой, не задевая болезненных струн души.

Разве у меня горе, если его сравнивать с тем, что пережил доктор?

Теперь, по всей видимости, мне придется вновь рассказать о своем прошлом.

Пересказ вышел сжатым. Я просто описывала самые значимые факты, опуская детали. В мыслях то и дело всплывал образ улыбчивой девушки с белоснежными волосами и мягкой улыбкой. Пусть я никогда ее не видела, но почему-то казалось, что она была именно такой, какой виделась мне.

– Вот оно что, – задумчиво пробормотал доктор, после того, как я замолчала.

Кивнула. Ну да, вот оно что. Гадкое болото с вонючей жижей, которую я слишком долго принимала за божественный нектар.

– И слушать тебя, конечно же, никто не стал? Так?

Опять кивнула, чувствуя себя куклой–марионеткой.

– Да уж, Тиана нашла самое больное место, по которому можно было ударить."

"Вот уж точно, что у профессора Хрит не отнять, так это чутье.

– И что студенты? – он задавал мне вопросы, пытливо всматриваясь в глаза, будто сам пытался стряхнуть с себя свои воспоминания.

– А что они? Почувствовали свободу, и повод плевать на мои предметы еще больше. Боюсь, положение не исправит даже указ о введении общего курса в основную программу.