Стажировка в Северной Академии

Мы проехали мимо стройных рядов домов, обогнули центральную площадь, на которой возвышалась статуя какого-то военачальника, и остановились у роскошного особняка.

Я перевела недоуменный взгляд на Райта, и он ответил на невысказанный вопрос:

– Мой отец отставной генерал.

Что же, это многое объясняет, но... Я впервые подумала о том, почему Винсент преподает в академии на боевом факультете, а не занимает какой-нибудь высокий пост в каком-нибудь гарнизоне, ведь со связями его отца, наверное, с этим не было бы никаких проблем. Впрочем, этот вопрос я точно задавать не буду.

Мужчина помог мне выйти, и я сама, буквально выдернула руку из его хватки. На самом деле, я не совсем представляю, для чего понадобилась в качестве гостьи его матери. Она уже знает, что о столичной жизни я могу рассказать самую малость, а о том, что мне действительно интересно, говорить не решусь. Только не сейчас. Так к чему это приглашение? Или ей просто скучно и хочется развлечься?

У самого дома я зазевалась – колонны над окнами в сочетании с причудливым узором, выглядели очень впечатляюще. Как и мраморные ступени, натертые до блеска, яркие витражи вместо обычных стекол, и массивные двери, через которые могли бы одновременно выйти, по меньшей мере, около четырех человек.

Заметив мой взгляд, на последнем, Винсент с усмешкой пояснил:

– Отец помешан на безопасной эвакуации.

Вот оно что. Что ж, это может быть даже забавно.

Широкие двери открылись со скрипом, оповещая весь дом о нашем прибытии. Я постаралась трястись не так явно и больше смотреть по сторонам, изучая обстановку.

Коридор обрывался почти сразу же, превращаясь в холл. Небольшой и довольно уютный. Потолок и стены были украшены лепниной и картинами, на которых, преимущественно, красовались битвы и сражения. Наверняка, значимые, как для нашего королевства, так и для военнослужащих.

Двери в одну из комнат распахнулись, и на пороге показалась мать Винсента. Сегодня она выглядела, как будто, иначе. Чопорный вид пропал, оставив на своем месте милую добрую женщину. Эдакую домоседку с доброй улыбкой и готовностью прийти на помощь в любую минуту.

– Аделия, дорогая, как я рада, что ты пришла!

Она распахнула объятья, и, словно бы не обращая внимания на мой растерянный вид, принялась обнимать меня, попутно бросая слишком красноречивые взгляды на сына.

– Почему так долго? Я себе места не могла найти!

Винсент как-то слишком демонстративно раскашлялся, маскирую язвительные смешки, но сдавать меня родительнице не стал.

– Так вышло, – короткий ответ и теперь уже мне достался его красноречивый взгляд."

"Против воли покрылась румянцем – почувствовала, как лицо вспыхнуло жаром, а руки, напротив, похолодели.