Стажировка в Северной Академии

– Винсент, – повторила покорно. – Я, действительно, плохо себя чувствую, и мне лучше прилечь.

Его лицо, что находилось так близко, смазалось, будто бы растворилось в окружающих красках. И уже в следующую секунду он подхватил меня на руки, что-то ворча себе под нос.

В горле встал ком желчи, и я постаралась дышать глубоко, лишь бы унять взбунтовавшийся желудок. Профессор уложил меня на кровать.

– Когда ты последний раз ела? – не с первого раза, но все же поняла вопрос Винса.

– Я... – задумалась, – не помню.

Прошедшие дни слились в единую картину без привычного течения времени.

– Ясно, – со злостью прошипел мужчина. – Я сейчас вернусь, лежи здесь!"

"Приказывает еще. А главное, очень смешно – куда же я уйду в таком состоянии? Половицы заскрипели, потом хлопнула дверь. Я осталась одна. Стоило бы встать и повернуть ключ в замке, но даже лежа на кровати не могла совладать с головокружением. Комната плясала перед глазами, а потолок то отдалялся, то приближался. Я понимаю, что мне нужно поесть, но, как и вчера, мысли о еде вызывали лишь рвотные позывы.

Зачем Винсент носится со мной? Ведь уже каждому понятно, кто такая Аделия Лоусон и почему с ней лучше не «водиться». А эти благородные порывы... Кому они нужны в нашем мире? Это глупо.

Он вернулся быстро, я даже толком не успела заблудиться в собственных воспоминаниях и мыслях о насущном. В руках у него был поднос, на котором стояла тарелка и чашка.

– Не бойся, готовил не я, – Райт попытался сгладить напряженную обстановку шуткой, но вышло так себе.

Винсент помог мне сесть и только пошел за подносом, что поставил на подоконник, как я прервала его доброе дело:

– Винс, не надо, я не хочу.

Мутило с такой силой, что казалось, поднеси он еду ближе, меня вырвет прямо на кровать.

Мужчина посмотрел на меня строго, потом тяжело вздохнул и опустился рядом.

– Аделия, я не целитель и не могу с научной точки зрения объяснить, чем тебе грозить «голодовка», но ведь ты это и без меня знаешь.

Знаю, но...

– Я потом поем, – упрямо вздернула подбородок, пытаясь смотреть прямо ему в глаза.

– Потом – конечно, – легко согласился и я, было, расслабилась, как он добавил:

– И сейчас тоже.

Скривилась, смотря на тарелку, над которой поднимался пар, с отвращением. Что за упрямый мужчина! Оставил бы меня одну и отправился бы уже к своей матушке. Что ему от меня нужно?

Но он, похоже, решил меня добить – взял ложку, зачерпну супа и поднес к моим губам.

– Ну, открывай рот, – когда я смотрела на него во все глаза, с улыбкой напомнил мне, для чего собственно все это затеял.

– Я... – запнулась, почувствовала, как лицо и шею заливает румянец. – Я сама, – протараторила и протянула руку. От смущения даже дурнота пропала.

– Сама, так сама, – пожал плечами и поставил мне на колени поднос.