Стажировка в Северной Академии

– Тех я раньше отпущу с лекции.

Ребята довольно загудели – это ли ни счастье для студента, раньше покинуть аудиторию и потратить лишние полчаса по своему собственному усмотрению?

Сдержанно улыбнулась и незаметно выдохнула. Жаль, что я не подумала о награде заранее, можно было бы найти что-то более стоящее. Хотя, смотря на то, как каждая из команд пытается отвоевать для себя старосту (по их мнению, самого умного студента первого курса), решила, что они всем довольны.

Наконец, ребята расселись, с готовностью вооружившись ручками.

– Я думаю, полог тишины вам не помешает, – взмахнула рукой, устанавливая между группами невидимую стену. – Друг друга вы не услышите и подслушать не сможете, так что... – посмотрела на настенные часы, что висели над входом, – у вас есть двадцать минут. Приступайте.

Гомон голосов, взвился к потолку, оглушая. Между собой и студентами полог устанавливать не стала – интересно понаблюдать за их коллективной работой. Ожесточенный спор – взмахи руками, и попытка доказать, что именно они говорят дело. Сомнения, рассуждения, вопросы – адресованные товарищам по команде или просто произнесенные вслух, в попытки выудить из воздуха правильный ответ.

Даже дерзкая попытка застать меня врасплох:

– Профессор, а вы не напомните, в каком году была битва под Диарофом?

Рассмеялась, совершенно искренне, и отрицательно покачала головой – хитрец. Впрочем, мальчишка ничуть не расстроился, только подарил обворожительную улыбку и смешливый блеск во взгляде."

"Смотря на их рвение (и пусть дело только в возможности сбежать пораньше из аудитории), испытывала удовлетворение и гордость. Пожалуй, в любой профессии важна отдача и одобрение, как бы глупо это не звучало. Вкладывать душу в дело и получать лишь насмешки и безмолвное осуждение, на самом деле больно. Больно и горько.

Записав в журнале тему лекции, отвернулась к окну.

Вспоминая вчерашний разговор с Тианой, нахмурилась. Райту я доверяла, возможно, уверенность эта появилась слишком поспешно и совсем необоснованно, но успеваемость его факультета говорит о многом. Например, о том, что ему не безразлична судьба студентов, а значит – оплошность профессора Хрит не останется без внимания.

Стоило вспомнить о нем, как в дверь негромко постучали.

– Да? – удивившись, обернулась, встречаясь с взглядом Винсента.

– Профессор, можно вас на секунду?

Мужчина приоткрыл дверь, коротко кивнув студентам. Те, кажется, вовсе не заметили его появления. У них имелись проблемы куда важнее, чем визит Райта.

Перебирая в мыслях, что такого срочного могло произойти, поднялась из-за стола, и медленно подошла к нему:

– Светлого утра, – поприветствовала.

– Светлого, – отозвался торопливо, сразу переходя к делу. – Во время следующей лекции сработает учебная тревога.