Стажировка в Северной Академии

На этот раз я тоже позволила себе усмешку:

– А почему вы решили, что я расскажу вам это?

Весь разговор, с самого начала, напоминает искусный фарс. Но что поразительно, благодаря этому я забыла о страхе. А еще меня безмерно позабавило, с каким пренебрежением Ванесса отозвалась о Лестере, да еще и так точно назвала его «столичным хлыщом».

– Наверное, потому что так вы сможете окончательно отвести от себя подозрения?

– Так вы же пришли без обвинений, – напомнила ее же слова.

– Я могу и передумать, – совершенно серьезно, без намека на какое-либо веселье, произнесла мать Мики.

В комнате воцарилась тишина. Я не торопилась отвечать, пытаясь понять, как лучше поступить, а женщина меня не подгоняла. Впрочем, это длилось не долго.

– Если вам интересно, я пыталась поговорить с этим вашим Хайдом, – я не видела ее лица, но буквально почувствовала, как она скривилась.

– Он вовсе не мой, – посчитала нужным уточнить."

"– Не важно, – отмахнулась Ванесса, – главное, что говорить он со мной не стал, сославшись на тайну следствия.

Ничего удивительного, он и со мной пытался то же самое провернуть, и если бы не Винсент, то я бы не услышала ни одного ответа на заданные вопросы.

– Но я не Лестер. Почему вы пришли сюда?

Женщина развернулась на каблуках и прошла к креслу, но садиться в него не стала. Она замерла перед ним, и посмотрела мне в глаза.

– Вы осматривали мою дочь, – Ванесса запнулась, прикрыла веки и исправилась, – труп моей дочери. Вы должны знать, от чего она умерла! – и уже тише, едва различимо:

– А я должна знать, кого проклинать за ее смерть.

Она права, я должна знать, но беда в том, что...

– Я не знаю, – отвернулась к окну и до боли прикусила губу.

– Вы не понимаете! – взъярилась Ванесса. – Я не собираюсь лезть к этим солдафонам и мешать им в расследовании! Я. Просто. Хочу. Знать!

Я не перебивала ее. Выслушала все, до последнего слова, и только потом, дрогнувшим голосом произнесла:

– Дело не в моем нежелании, а в том, что я действительно не знаю от чего умерла ваша дочь. Полагаю, и Лестер, и все отделение стражей – тоже.

Если, конечно, за эти дни они не откопали какую-то ниточку и не нашли хоть какие-нибудь улики. Я пыталась разговорить Винсента, выяснить, как продвигается расследование, но его ответ оставался прежним: пока ничего нового не нашли.

Посмотрела на женщину и нахмурилась. Она вмиг растеряла весь лоск и напускное равнодушие – кожа на лице покрылась красными пятнами, а дыхание стало частым и поверхностным.

– Жоржина, принеси воды! – крикнула в сторону приоткрытой двери, уверенная, что экономка находится недалеко, сама же бросилась к Ванессе.

– Как же так, – тихо бормотала она.