Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

На выходе не могу удержаться, взглядом проверяю крыльцо: сыровяленого окорока нет. Выкинули или оборотни слопали – не знаю, но, надеюсь, приворотного зелья в нём не было. Хотя, если при следующем визите Шаантарэна оборотни всем составом захотят его возлюбить – я не против посмотреть на улепётывающего кошака из первого ряда.

***

Ошейник Марку Аврелию не нравится. Точнее, он ему нравится как красивая побрякушка, которую можно утащить в норку. Или в домик. Или во второй домик. Или под подушку. Или под кровать. Но не на шее!

Так что перед прогулкой приходится побегать за Марком Аврелием, отнимая ошейник. Потом – гладить, извиняться и угощать столовскими фруктами, пока не смирится с украшением на шее.

Понимаю, Марку Аврелию непривычно, но его и украсть, и съесть могут, а если он убежит немного погулять самостоятельно (с ним такое бывает), я хотя бы смогу найти его прежде, чем он попадёт в беду. Тем более, магия облегчает конструкцию и, как объяснила мисс Глория, когда ошейник подстроится – станет совершенно неощутимым для носителя.

Когда я с нахохленным Марком Аврелием на плече подхожу к склепу, целительницы там уже нет. Значит, не судьба сегодня атаковать её мимимишностью.

Зато можно посмотреть на место массового некромантского паломничества и причину их бурных страстей поближе. Не просто же так они здесь все кипятком писают от этого Огнада.

Миновав клумбу тёмных цветов с беловато-фиолетовыми прожилками на внутренних сторонах лепестков, я останавливаюсь возле входа. Начинаю с изучения статуй женщины и дракона, своей белизной ярко выделяющихся на фоне чёрного камня пирамиды.

Женщина красива. На земле такую невероятно тонкую работу с камнем я видела лишь в музеях. Камень будто светится изнутри, придавая лицу одухотворённо-возвышенный вид. Она вроде бы нежна, и в то же время в её облике и глазах чувствуется надменность. И… смешинка? В прядях умело прорезаны ложбинки волосков, они выглядят почти настоящими. И позвонки, из которых собран её венок, даже слегка пористые, как настоящая кость. Чуть припухлые губы с прячущейся в уголках усмешкой… Тонкая шея… ключицы… грудь, которая, кажется, сейчас поднимется для вдоха… изящные кисти рук, шёлк платья… босые, утопающие в потемневшей, будто иссыхающей траве стопы…

Завораживает… Это творение неведомого мастера завораживает, даже Марк Аврелий неподвижно сидит на моём плече и только смотрит на статую, хотя в его стиле было бы перепрыгнуть ей на плечо.

Проморгавшись, приступаю к изучению статуи дракона с золочёными глазами.