Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Но Клео… при мыслях о ней мозг отчаянно буксует и выдаёт варианты: сердечки, черепа в виде сердечек, белка, белка с сердечком, белка с сердечком и черепом…

– Нет, ничего не надо добавлять, – мрачно подытоживает Санаду. – Просто отправьте пирожные.

Он подхватывает коробочку за синюю ленту и выходит на улицу. Небрежно кивает нескольким раскланявшимся с ним подданным, торопливо поднимается на чёрный постамент для телепортации.

В рывке перемещения пирожные Санаду удерживает телекинезом."

"Во Фрейнском кантоне его охватывает предгрозовая удушающая влажность. Тяжёлое серо-фиолетовое небо почти лежит на вершинах гор и жёлтых черепичных крышах. Без солнца их слюдяная поверхность не сверкает подобно золоту, но в покрытии уже зарождается тусклое свечение. Максимум яркости оно наберёт ночью.

Помедлив, Санаду хмыкает и запрыгивает на крышу ближайшего здания. Лёгкость охватывает его, тело требует движения, и Санаду стремительной тенью скользит по крышам в сторону изящного дворца Изрель.

Конечно, система защиты не может проигнорировать такое угрожающее приближение, и вдоль позвоночника пробегают острые мурашки, отзываются лёгким зудом в знаках на спине.

С сожалением спрыгнув на мостовую, поправив коробочку, Санаду неспешно направляется к ажурным воротам.

По крышам скакать было веселее. А если бы ещё и с Клео… Но он здесь именно для того, чтобы можно было спокойно прыгать по крышам… вместе с Клео.

***

Объявление о своём визите Санаду ожидает, прислонившись к стене возле открытой двери. А едва сообщивший о его приходе Густав выходит из кабинета, Санаду просовывает в открытую дверь коробку с пирожными.

– Твои любимые, – он покачивает коробкой. – Только из кондитерской. М-м…

Но ответа нет.

Густав невозмутимо стоит рядом, и Санаду подмигивает ему:

– Чай неси.

– Я не ваш слуга, – с достоинством отзывается Густав и задирает подбородок над высоким воротником-стойкой.

– Ну что ты такой злопамятный? – цокает языком Санаду, не забывая покачивать коробочку.

– Густав, принеси чай, – сдаётся Сонли.

И Санаду проскальзывает в кабинет – просторное помещение с четырьмя окнами и двумя каминами, над которыми висят ростовые портреты Изрель, с многочисленными полками, двухметровым рабочим столом, зоной для переговоров с диванами и креслами возле одного из каминов.

В сравнении с рабочим столом и креслом с высокой резной спинкой Сонли кажется маленькой. Она взмахом руки освобождает пространство перед собой от документов – те складываются в папки и прячутся в ящиках стола – и откидывается на резную спинку, прямо под прекрасное лицо Нергала, выточенного из чёрного дерева. Санаду не понимает такой фанатичной религиозности.

Он подхватывает кресло для посетителей рукой и ставит ближе к столу.