Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Подскакивая, я браслетом притягиваю Марка Аврелия (нельзя на деревьях в грозу!) и, прижимая его, шмякнувшего ко мне в руки, к груди, выкрикиваю во всю силу лёгких:

– Спасите! Помогите! Убивают!

Как и говорил обжешник, редко кто спешит на помощь, вот и сейчас ноль реакции. Опять о пожаре кричать, что ли?

Ещё одна молния пронзает дерево, под которым я стою. И я замираю, боясь делать шаг по напитанной электричеством земле.

Хлоп: рядом с нами возникает Эзалон. И с ужасом смотрит на почерневшую ветку дерева.

Хлоп: рядом с ним материализуется Санаду. Оглядывает связанного Раштара. Растрёпанного и помятого Тавроса. Трясущего хвостом с кисточкой набычившегося Бриша. Прижавшегося к моей груди Марка Аврелия.

Эзалон хватается за седую голову. А Санаду, глядя в сторону, вздыхает:

– А я говорил, что от рыжих одни проблемы. Кстати, Таврос, ты бы перекрасился, чтобы статистику не портить.

– Дерево, – выдыхает Эзалон. – Зачем трогать деревья? Кому они мешают? За что? Да вы хоть знаете, как дорого их восстанавливать?

Таврос резко поднимается:

– То есть нападение на преподавателя это так – мелочь?

Санаду картинно прикрывает от Эзалона рот ладонью и шепчет:

– Ну, пока вы не будете требовать за это материальную компенсацию – мелочь.

– Санаду! – резко оборачивается Эзалон, но Санаду уже складывает руки за спиной и сочувственно оглядывает повреждённое дерево. Просто сама невинность!

***

– Он к моей девушке приставал!

– Я ни к кому не приставал! Я просто разговаривал со студенткой!

– Я не его девушка!

– Мы своих в беде не бросаем, я не мог пройти мимо! И она моя девушка тоже!

– И ему я тоже не девушка.

– Раз не девушка, значит, мальчик? – на одном из повторов объяснений-претензий выдаёт Санаду и получает гневный взгляд Эзалона.

– Могу и мальчиком побыть, – пожимаю плечами я. – Мне не жалко.

Оба рыжих демона странно меня оглядывают.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты же, вроде, человек, – произносит Бриш.

– Разве люди могут менять пол? – Раштар шире распахивает ясные глаза.

– Могут, – киваю я, но о том, каким образом это делается, умалчиваю.

Бриш и Раштар переглядываются. Даже Таврос косится на меня с толикой любопытства под гримасой оскорблённой невинности. А у Санаду в полуулыбке дёргается уголок губ. Наверное, он знает, как земляне с этой непростой задачей справляются.

– Я требую наказать провинившихся студентов! – Таврос поглаживает череп своего посоха. – Их бы следовало исключить, чтобы не позорили свой мир, но… позорить свой мир – их право.

Раштар и Бриш, скалясь, направляют в его сторону рога.