Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Поймав на себе странный взгляд Эзалона, Санаду вопросительно приподнимает бровь, но слова Клеопатры его отвлекают.

– Да, я хотела бы получить свои пятьсот золотых. И узнать, можно ли мне в Нарнбурн: я бы хотела положить эти деньги в банк. Но самое главное не это, – Клеопатра оглядывает Эзалона и Санаду. – Я бы хотела спросить: когда вы меня учить начнёте? Нормально учить.

От удивления Санаду с Эзалоном переглядываются.

– О чём вы? – Эзалон пристально смотрит на Клеопатру.

– О качестве обучения в этой вашей Академии, – она вздёргивает подбородок, и кудряшки забавно вздрагивают, а из-за спины показывается беличья морда. – Говорите, она лучшая, но что-то я этого не вижу.

У Эзалона опять начинает подёргиваться глаз.

– Как это не видите? – тихо уточняет он.

– Вы меня не учите! – вскидывает руки Клеопатра. – Ладно бы было начало года, когда все только настраиваются на деятельность, но я попала сюда в самый разгар учёбы. И что я вижу? Да ничего! У вас тут какой-то бардак, демонокоты студенток похищают, неведомые звери бегают, краска эта розовая…

Санаду рывком перемещается к Клеопатре в обход бледнеющего Эзалона.

– А давай в Нарнбурнский банк! – громко предлагает Санаду, хватая Клеопатру за запястье. – Заодно объясню, что наша Академия – лучшая.

– Да какая… – начинает Клеопатра, но Санаду активирует телепортацию, пока у Эзалона не начался тик всего лица, и сердце не прихватило от таких претензий.

Уже в подпространстве Санаду обнимает Клеопатру вместе с сидящей на спине белкой, чтобы та не оторвалась при переносе, и прижимает их к себе.

В таком виде они и попадают на телепортационную площадку возле Нарнбурнского отделения имперского банка. Клеопатра, оказавшаяся в кольце рук, поднимает на Санаду взгляд, и он, собирающийся разомкнуть объятия и пошутить, замирает, глядя в её широко распахнутые глаза с расширившимися зрачками.

Тихий шелест улицы нарушает голос за его спиной:

– О, Санаду, теперь понятно, почему у тебя нет времени возвращаться в кантоны…

Глава 48

Марка Аврелия к моей спине Санаду прижимает сильно, тот, бедняга, аж замирает от шока. А Санаду, не размыкая крепких объятий, смотрит мне в глаза. И я тоже смотрю. Так и стоим мы, как идиоты, посреди шумной улицы.

А тут ещё какая-то женщина весело так выдаёт:

– О, Санаду, теперь понятно, почему у тебя нет времени возвращаться в кантоны."

"Надо отдать Санаду должное, он не отскакивает от меня, словно ошпаренный, а приподнимает бровь и только после этого неспешно разворачивается к высказавшейся женщине. Марка Аврелия он отпускает, и тот от неожиданности шмякается на мостовую. А вторая рука Санаду соскальзывает по моей спине на талию и притягивает ближе к нему.

Оглядываюсь на Марка Аврелия: он мотает головой. Не привык падать.