Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

– Это было… Неописуемо! Невероятно! Изумительно! – нет слов передать бушующие чувства, и эти кажутся блеклыми, какими-то недостаточными. Улыбаясь, порывисто дыша, я приподнимаюсь и чмокаю Санаду в щёку. – Спасибо! Вы – лучший!.. – смутившись, выпаливаю: – Архивампир из всех, кого я знаю!

– Ах, бедный благородный Тан, – засмеявшись, Санаду подбрасывает меня и ловит на руки – и я ничего себе не отбиваю, как это случилось с медведеоборотнем в Академии. – Если он узнает, то очень огорчится. Он не любит проигрывать.

– Ну, он всегда может попробовать перехватить пальму первенства.

– Я бы на вашем месте не соглашался становиться его ношей при прыжках по крышам: боюсь, не удержит. Да и сам рискует свалиться.

– О, спасибо за предупреждение. Если предложит прокатить – попрошу его тренироваться с мешками муки… А ещё раз подкиньте, ощущения здоровские.

Хмыкнув, Санаду подкидывает меня ещё выше и так же мягко ловит.

Марк Аврелий разражается гневным стрекотом и спрыгивает с моей груди на землю от греха подальше.

А Санаду снова смеётся:

– Марк Антоний, похоже, считает иначе.

– Ну, Марк Аврелий предпочитает прыгать сам. А я, как существо не прыгающее, с удовольствием пользуюсь случаем.

– Вот так, – цокает Санаду и со мной на руках направляется в сторону скрывающейся за полями Академии, – мной просто бессердечно воспользовались!

– Ну почему же, очень сердечно, – я прижимаюсь к его плечу, чтобы посмотреть за спину: Марк Аврелий, подёргав шёрсткой и оглядевшись, припускает за нами.

– Прямо от всего сердца воспользовались.

– Конечно! – фыркаю я и, помедлив, так и оставляю голову на его плече. – Как же иначе?

Санаду сглатывает, я наблюдаю, как дёргается над шёлковым галстуком-платком кадык, пульсирует жилка. Глубоко вздыхаю. Аромат кофе и можжевельника смешивается с запахом мокрой травы и пыли."

"Вдалеке громко кричат птицы. Санаду шагает по пустой дороге. Воздух ещё влажный после дождя, свежий. Моё бешено колотящееся сердце постепенно успокаивается, и в мышцы возвращается боль, погасшая на время сумасшедшего бега и прыжков по крышам.

Просто невероятно, что со мной такое приключилось! Не верится. Это больше похоже на сон!

Я настолько захвачена воспоминаниями о танцах и этом невероятном путешествии по городским крышам, что не сразу замечаю, как Санаду опять начинает покачивать.

Ощутив усилившуюся амплитуду, заглядываю Санаду в лицо и сталкиваюсь с плывущим взглядом.

– Драконье огненное, – виновато улыбается Санаду. – Я держался на морально-волевых, рефлексах и адреналине. Но сейчас наступает невольное расслабление…

– И что теперь? – Оглядываясь по сторонам: мы в полях, уже не видно ни Нарнбурна, ни Академии, только мост где-то посередине между ними.