Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

– Вы просили удобный вариант одежды, – напоминаю я. – До выхода в сорочке я ещё не доросла, а у платья длинный подол, в нём ноги путаются.

– В забеге с дубинкой мне так не показалось.

– Платье надеть? – покладисто предлагаю я: а то мало ли, оштрафуют за то, что джинсы сохранила. Как и нижнее бельё, и маечку с Александром Сергеевичем: просто травку в мешок для уничтожения иномирных вещей покидала да бумажки от конфет и пирожков.

Санаду морщится:

– Оно вам не идёт.

– Так, может, приобретёте подходящее?

Ника снова издаёт странный звук. Санаду приподнимает брови, а я делаю большие честные глаза:

– Как рабочую униформу: секретарь соректора должен выглядеть прилично, чтобы не портить вашу репутацию. Работу закончу – сразу верну.

Зачем тратить деньги на хорошую одежду, если её можно попросить в прокат?

– Оригинально, – хмыкает Санаду. – Ладно, заглянем тебе за униформой. Можешь не переодеваться, просто демонический плащ получше запахни, чтобы не слишком иномирной одеждой светить.

– Так кто же узнает, что она из другого мира? Может, это отличная реплика?

– Не стоит рисковать, – Санаду протягивает мне руку.

Но я возвращаюсь к своей кровати и, поднявшись на цыпочки, стягиваю Марка Аврелия со столбика балдахина. В ответ на вопросительный взгляд Санаду поясняю:

– Я не оставлю его здесь одного. Сами знаете из-за кого. И Нику, – кошусь на соседку, пытающуюся слиться со столом. – Я бы тоже прихватила.

Она, конечно, вампир и маг поопытнее моего, но оставлять её одну с неведомым созданием кажется мне нечестным.

Ника надувает губы:

– Не надо меня прихватывать, не придёт Валя: теперь даже курьерам на вход в женское общежитие нужно разрешение одного из соректоров.

– А в мужское? – сразу уточняю я. – Вдруг к ним девушки лёгкого поведения шастают?

А то что это: мы, значит, лишены всего, а им, возможно, можно?

– В мужское девушкам нельзя, – мрачно сообщает Ника о гендерной справедливости в этом магическом мире.

Я прямо… уважаю даже!

– Никалаэда, ты идёшь с нами, – соглашается Санаду.

И Ника тяжко вздыхает.

А Санаду морщится.

– Да сколько можно? – он вытаскивает из прядей на затылке запутавшийся самолётик и уничтожает его, даже не читая.

***

Догадка озаряет меня на примерке двенадцатого платья: согласие Санаду обеспечить меня формой – коварная, наглая месть! За не менее наглую просьбу.

Больно уж у него лицо хитрое, да и поза намекает на получение немалого тролльного удовольствия: развалился на диванчике, покачивает бокальчиком, почёсывает усевшегося на его плече Марка Аврелия и требует крутиться вокруг своей оси «ну это же униформа для работы со мной, я должен иметь чёткое представления о всех её достоинствах и недостатках».