Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

Глава 28"

"– Он был здесь, – предвосхищает Санаду мой вопрос и, когда я разворачиваюсь к нему, вскидывает руки, баночки звякают на связке. – Я правда оставил его здесь, никаких шуток. И кабинет закрыл.

– Закрыл, но не запер. Марк Аврелий… – под моими туфлями скрипят осколки бокалов, шелестит бумага, а я оглядываю погромленную мебель. – Марк Аврелий, ко мне…

Цокаю языком, изображая беличий призыв, но и это не срабатывает.

Разворачиваюсь к Санаду – и врезаюсь в него. Кончик носа задевает чёрный шёлк галстука, я отшатываюсь, и Санаду вновь ловит меня за талию.

– Осторожнее, не делайте таких резких движений, – улыбается он.

Ни один осколок не скрипнул под его ботинками, а у меня теперь сердце из груди выскакивает.

– А вы не ходите бесшумно! Злостный похититель белок! Где мой Марк Аврелий?

– Я правда не знаю, – Санаду, убедившись, что я стою ровно, убирает руку с моей талии и оглядывается по сторонам. – Я, конечно, думал, что мне стоит провести генеральную разборку, но представлял это в каком-то ином формате… и тут контрольные менталистов… лежали.

– Марк Аврелий, солнышко! – в моём голосе прорезаются панические нотки: а ну как менталисты приходили испортить контрольные, чтобы не получить двоек, и заодно Марка Аврелия моего спёрли? Девчонкам он тогда понравился!

Санаду касается браслета на запястье и на несколько мгновений расфокусирует взгляд, снова сосредотачивает его на мне:

– Никто сюда не заходил. Теперь я понимаю, что с Марком Антонием нужно быть очень и очень осторожным, он разрушителен, как всякий настоящий рыжий!

– Марк Аврелий не мог такое сделать! – обвожу руками опрокинутые шкафы и вывернутые ящики стола.

Правда, ящики стола он открывать умеет – но не стал бы оттаскивать их на такое расстояние, не дотянул бы! Да и зачем?

И шкафы он тоже пару раз ронял – вклинивался между ними и стеной, упирался, ввинчивался, пытаясь создать себе ещё норку, и опрокидывал. Но то были современные лёгкие ДСПшные шкафы, а не такие антикварного вида махины с книгами и папками.

– Вы уверены, что сюда никто не входил? – строго смотрю на Санаду. – Потому что дверь была закрыта, окно – закрыто, а Марка Аврелия здесь нет. Значит, его кто-то украл!..

Ошейник! На нём же должен оставаться ошейник! Глория сказала, что его так просто не снять, вряд ли студенты на такое способны, так что я снова пытаюсь повторить инструкцию связи с ошейником, вдруг в этот раз получится.

– Не входил никто, на ком был браслет Академии или метка-путеводитель, – мрачно признаёт Санаду. – Без этих обозначений отследить посетителей проблематично. И я не чувствую здесь новых отпечатков ярких эмоциональных всплесков.

Я снова и снова обращаюсь к неведомой внутренней силе и мысленно вливаю её в образ ошейника.