Ад находится в Камбодже

— Кончат нас здесь, — мрачно высказался Брикет и засопел еще громче.

— Хотели бы кончить, кончили на месте, — жестко ответил Давыдов.

Сейчас для него было самым главным не допустить пораженческих настроений. Психологически сломленный боец — уже не боец. Покойник, предатель, животное, но не человек, готовый к сопротивлению, борьбе, самопожертвованию. Для того чтобы попытаться вырваться или хотя бы умереть достойно, необходимо было сохранить боевой дух всей группы. — Кончили бы на месте, — повторил майор, — а не использовали снотворное, вязали и тащили черт знает куда.

— Так что же нам делать? — Цыган стал заметно нервничать; этот был готов на все, чтобы получить возможность вцепиться в глотку врагам.

— Ждать, а уж потом делать выводы. Ждать…

В помещении повисла гнетущая тишина, которая в совокупности с темнотой неподъемным прессом давила на психику пленников, и Давыдов решил чем-то отвлечь своих бойцов.

— Помню, на последнем курсе в училище пошли в увольнение, — начал вслух Давыдов, вспомнив историю из своего курсантского прошлого. — Новогодние праздники уже закончились, а до двадцать третьего февраля еще далеко. В общем, межсезонье. Что делать? Посидели в кафе, потом пошли на последний сеанс, но с девчонками в этот раз познакомиться не сложилось. Выходим, значит, из кино и идем на остановку трамвая, надо же ехать в училище. А возле остановки был небольшой рынок, десятка полтора железных лотков, выстроенных в ряд. Днем там торговали всякой всячиной, а в темное время базар пустовал. И вот идем мы — и видим: на крайнем лотке сидит субтильное существо в куртке с капюшоном. Мы такие все из себя подваливаем и так вежливо говорим: «Привет, зайчик». В ответ слышим: «Привет». Указываем на железный лоток и спрашиваем: «А попочке твоей, зая, не холодно?» Отвечает: «Холодно». Мы повеселели, совсем доверительный разговор пошел, нужно, как говорится, дожимать до полного успеха. Спрашиваем: «А как зовут тебя, солнышко?» И что слышим в ответ? «Сережа».

Под громкий смех спецназовцев Денис заканчивал, сам едва сдерживаясь от хохота:

— До КПП мы добрались пешком и, по-моему, побили рекорд по марафонскому бегу.

— А вот у меня случай был на втором курсе, — оживился Есаул, но Давыдов не стал вникать в похождения из богатой биографии офицера спецназа, сейчас все мысли были заняты анализом происшедшего. «Попали, действительно, как кур в ощип, лучше и не скажешь. Повязали нас, как цыплят, глупых и любопытных. Только случайностью это быть не могло, засада была приготовлена тщательно. Выходит, вели чуть ли не с момента высадки». Давыдов понял, что не зря его не покидало чувство чьего-то тяжелого взгляда, но вот того, кто держал их под неусыпным надзором, обнаружить не смог. И так продолжалось до вчерашнего дня.