Узы одержимости

— Ни секунды покоя. Ничего без меня не могут, — театрально вздохнул Дэн, а мы с Полиной, тем временем, покинули салон внедорожника и направились к парадному входу в особняк.

Долго на руках Пося не усидела и как только мы вошли в дом, её маленькие ножки в розовых носочках пошлёпали по светлому каменному полу вестибюля.

Внутри дома тоже всё осталось прежним, изменились лишь некоторые детали декора и цвет стен стал немного темнее, чем я его помнила. Всё так же, как и раньше отражало холодность и закрытость хозяина этого дома, а также полное отсутствие интереса к интерьеру. Холостяцкая берлога, которая хоть и была чистой и ухоженной, отражала одиночество её обитателей.

Со стороны кухни раздался знакомый мне голос:

— Ну, где она ходит? У меня сейчас всё остынет, — раздражался Жорик, громко топая по узкому коридору, ведущему в кухню.

Как только мы оказались в поле его зрения, из рук мужчины выпала ложка и со звоном ударилась о каменный пол. Но Жорик даже не попытался её поднять, продолжая смотреть, то на меня, то на Полину, которую, как раз-таки, привлек звон. Поэтому подбежав к повару, доченька поспешила поднять столовый прибор и вернуть его мужчине, который смотрел на Посю с приоткрытым ртом.

— Нихрена себе! — глубокомысленно изрёк Жорик. — Это то, о чем я думаю? Да?

— Смотря, о чем ты думаешь? — пожала я плечами и широко улыбнулась мужчине, который за эти два года успел обзавестись новыми цветными татуировками на шее и руках.

— Это же дочь самого Дьявола! — от переполняющих его эмоций, Жорик был готов прыгать на месте. — Она даже смотрит на меня, так же как и он. Будто сожрёт сейчас.

— Просто ты такой аппетитный, поварёныш, — раздался за спиной насмешливый голос Дэна.

— Я надеялся, что тебя в той деревне куры унесут и больше не вернут, — закатил глаза Жорик и подхватил Полину на руки. — А папка-то твой ювелир, оказывается, — усмехнулся мужчина, с любопытством разглядывая Посю, которая робко пальчиком касалась его татуировок на шее. Раньше ей столь разрисованных дядек трогать не приходилось.

— Жрать-то будем, нет? А, поварёшка? — раздраженно спросил Дэн и получил в ответ злобный взгляд.

— Сказал бы я тебе пару ласковых, утырок, Да вот при ребенке неудобно, — парировал Жорик. — Всё на кухне, ещё горячее.

— Хозяюшка, — одобрительно вздохнул Дэн и прошёл мимо повара в направлении кухни.

По-прежнему с Полиной в руках, вслед за ним пошёл и Жорик, а за ним я и молчаливый водитель.

Завтрак прошёл в относительно спокойной атмосфере, если не брать во внимание взаимные подколы мужчин.

— Я так рад, что ты вернулась и не одна, — широко улыбался мне Жорик с симпатией глядя на Полину, что уплетала сладкий пирог. — Теперь дом станет похож на дом, а не на собачью будку во главе с Цербером без цепи.