Узы одержимости

* * *На присутствие Арчи в моей жизни уже месяц нет ни малейшего намека. Месяц волнительного спокойствия — иначе это состояние не назовешь. Вроде бы всё хорошо и спокойно, но внутри живёт тревога, которая заставляет с содроганием сердца оборачиваться на громкие звуки и с опаской смотреть на незнакомые мне автомобили.

Макс тоже пропал после той ночи, но однажды позвонил мне, чтобы объяснить, что завален работой и ближайшие месяца два точно не сможет выбраться из города.

Разговор между нами вышел довольно-таки неловким, со множественными паузами, во время которых я пыталась подобрать нужные слова, чтобы тема того нашего внезапного поцелуя на полу ванной комнаты не затрагивалась.

Я не была готова его обсуждать, да и не хотела, так как сама себе не могла объяснить, что это было: искреннее желание или откровенное отчаяние.

В школе начались каникулы и на работу можно было идти ближе к обеду, и то только для того, чтобы сдать отчеты и заполнить журналы. Поэтому этим утром мы с Полиной и Альбиной Борисовной решили развлечь себя посадкой цветов в клумбы и болтовнёй ни о чем.

И, как это обычно случается в самые спокойные моменты моей жизни, к дому подъехал внушительный черный внедорожник.

Бросив инструменты, подхватила любопытную дочку на руки и с опаской смотрела на автомобиль, ожидая, что из него появится эгоистичная морда с лёгкой щетиной и надменным взглядом.

Но вместо Арчи из внедорожника вышел тот, кого я была искренне рада видеть.

Оценивая обстановку острым ястребиным взглядом, с неподдельной, чуть виноватой улыбкой, к нам приближался Михаил Ильич.



Глава 14

— Здравствуй, Даша, — поприветствовал меня Михаил Ильич приятным, спокойным голосом. Коротко кивнул Альбине Борисовне и пожал ручку любопытной проказнице, которая практически ткнула ему в лицо детской лопаточкой. — Привет, Полина."

"— Здравствуйте, Михаил Ильич, — произнесла в ответ, сдерживая душевный порыв, чтобы обнять его. — Рада вас видеть.

Хоть он внешне и казался спокойным и сдержанным, в его глазах я видела некоторое беспокойство и озадаченность. Черный классический костюм, выправка — всё осталось прежним.

— Нам нужно поговорить, — сухо произнёс мужчина и бросил многозначительный взгляд на Альбину Борисовну, что держала в руках ящик с рассадой петунии. — Наедине.

— Даша, давай, мы с Полиной пока до меня сходим? — всполошилась женщина, протягивая руки к Посе. — Что-то жарко, а у меня давление, а я даже таблеток с собой не взяла.

— Хорошо. Только недолго, — передала соседке дочку и проследила взглядом за тем, как они вышли за пределы ограды. Обратилась к Михаилу Ильичу. — Пойдемте к столу.

Указала на цветущую яблоню, под которой находился стол с пока ещё не убранным завтраком.