Узник страсти

 – Бог мой, подумать только, я смогу стать уважаемым человеком и жениться на Роуз, и все это так скоро! Когда шпик сказал, сколько денег отвалят мне эти парни из Лондона, стоит им получить обратно свои сундуки, я просто обалдел, потому что ничего такого и близко не ожидал! Выходит, они платят десять процентов, и это очень мило с их стороны! И всем этим, Солдат, я обязан тебе. Поэтому и отправил Сторневея к праотцам, ведь я хотел хоть чем-то отблагодарить тебя и больше ничего не смог придумать.

Это так рассмешило Джона, что, когда они подъехали к Стогамберу, ожидающему их у пещеры, капитан все еще продолжал усмехаться. Принимая у него лошадь, раннер с мрачным видом заметил: он счастлив видеть Джона в таком приподнятом расположении духа и нисколько не сомневается, что тот нашел бы повод повеселиться, даже поднимаясь на эшафот."

"– И судя по тому, что я успел о вас узнать, это именно то место, куда вы когда-нибудь непременно отправитесь! – добавил раннер, с трудом взбираясь в седло и нащупывая ногами стремена. – И я больше не собираюсь ни через что прыгать на этой кляче, так и знайте!

– Нет, нет, мы поедем по дороге! – поспешил заверить его Джон. – В путь! Я не знаю, сколько времени мы провели в пещере, но, кажется, прошла вечность с тех пор, как я вошел в нее. Я оставил Бена смотреть за воротами, так что сейчас наверняка уже впал у него в немилость.

Но когда они подъехали к сторожке, Бена нигде не было видно. Группа людей столпилась вокруг безупречной во всех отношениях фигуры мистера Баббакомба. Толпа включала незнакомого человека в черном костюме, грузного фермера, конюха на сиденье двуколки, Роуз Дарворд и Нелл. Они о чем-то ожесточенно препирались друг с другом, но приблизившаяся к воротам кавалькада из трех всадников, ведущих в поводу еще двух лошадей, заставила их умерить пыл. Все повернулись, чтобы посмотреть, кто бы это мог быть.

– Какого черта тут стряслось? – спросил капитан, спрыгивая с лошади и открывая ворота, чтобы пропустить Стогамбера и Черка.

Человек в черном тут же исторг гневный вопль:

– Так я и думал! Как вы смеете открывать эти ворота? Как вы смеете, спрашиваю я вас?

– Почему бы мне их не открыть? – спросил Джон. – Я тут привратник!

– О нет, никакой вы не привратник! – яростно заявил человек в черном. – Вы самозванец и мерзавец! А про этого наглого хлыща я и вовсе молчу! Сразу видно – мошенник или того хуже!

– В таком случае позвольте мне сообщить вам, вы – мерзкий злобный тип, – сверкая глазами, вмешалась раскрасневшаяся от гнева Роуз. – Лично мне сразу видно, что вы грубый и невоспитанный чурбан, и если никто не отвесит вам оплеуху по вашей постной физиономии, я сама сделаю это!

– О, Роуз, прошу тебя, успокойся! – взмолилась Нелл, не зная, смеяться ей или плакать. – Бога ради, Джон!..