Узник ночи

Или ты думаешь, я не знаю, что ты отняла у меня.

Даавос атаковал ее лоб в лоб, нацелившись на горло вытянутыми руками. Пригнувшись, увернувшись и крутанувшись, она скользнула ему за спину и толкнула его, придав импульс, который он не мог преодолеть, хоть и пытался. Он влетел в стопку стульев, как шар для боулинга. Нарушив порядок, стулья разлетелись в разные стороны.

Он быстро вскочил на босые ноги и отломил ножку стула, превратив ее в кол. Это было что-то реально прямо из Брэма Стокера, когда он снова пошел на нее с деревяшкой с зазубренным, заостренным концом, держа ее на плече.

Амари сделала еще лучше. Она схватила стул, развернув к нему всеми четырьмя ножками, и удерживая его, как льва, снова перенаправила его инерцию, отбрасывая в сторону. С равновесием у него было плохо, вероятно, потому, что он выживал на низшей крови — людях, оленях — но он был очень мотивирован. Врезавшись в стол, он перехватил свое оружие и бросился на нее снова.

Цель заставила его двигаться, чего он давно не делал. Хоть, он и был исхудавшим, но было ясно, откуда у Дюрана такая мускулатура, вот только все эти мышцы не работали как надо уже долгое время и сейчас его физическая сила стала слабостью, которую она могла использовать.

На этот раз, когда он рванулся вперед, она отпрыгнула в сторону и ударила его по спине стулом с такой силой, что он развалился на куски.

И в этот момент жемчужина выскочила из ее спортивного лифчика.

Ненаглядная Чэйлена вывалилась из-под ветровки и упала на пол, отрикошетившая радужная вспышка привлекла ее внимание, потому что на мгновение ей показалось, что Даавос каким-то образом нашел нож.

Амари нырнула за жемчужиной.

Даавос снова вскочил на ноги.

Она упала на пол, вытянув руку.

И в этот момент, он ударил ее.

Глава 27

ДЮРАН ПОЗНАЛ НОВЫЙ ВИД УЖАСА, который говорил, блять, очень много — он судорожно закрутил своим фонариком вокруг-да-это-действительно-пустая спальня.

Она бы не оставила его. Он был уверен в этом до глубины души. Амари ни за что не взяла бы жемчужину и не сбежала, не сказав ему ни слова. А потом он подумал о свете, который зажегся в прихожей.

Его отец. Его отец повернул выключатель, чтобы отвлечь внимание… и, должно быть, прошел через потайной ход, чтобы забрать ее без звука.

— Амари! — закричал Дюран.

Он схватил первое, что попалось ему под руку — бюро — и швырнул его через всю спальню, дерево разлетелось вдребезги, когда оно долбанулось в одну из садовых фресок. Когда он снова выкрикнул ее имя, ему захотелось разгромить это место, сорвать шторы, разорвать кровать, разбить зеркала.

Дюран овладел своей яростью, потому что она не поможет ему найти свою женщину. Пытаясь мыслить логически, он вернулся к золотому проходу на случай, если отец вошел с тыла. Никаких запахов.