Ты не узнаешь о сыне

— Это не возможно, — отвечает адвокат как-то обреченно. — На проживание с детьми претендует Руслан Александрович — это его главное условие. И я настоятельно советую вам не усложнять ситуацию.

— Я не согласна, несмотря на ваши настоятельные советы, — высказалась нервно. — Я найму адвоката, проконсультируюсь, и вернусь к этому вопросу уже с ним.

Альберт заметно изменился в лице. Вежливая маска внезапно испарилась, и передо мной предстал суровый волкодав, готовый к нападению.

— Арина Дмитриевна, вам известно, что на Алексея Гришина заведено уголовное дело по факту мошенничества? — его голос звучал спокойно, но меня моментально окутало холодным покрывалом паники.

— Что? — переспросила одними губами.

— В данный момент он скрывается от следствия. Посмотрим, надолго ли, — адвокат задумчиво потер подбородок и впился на меня острым, как лезвие взглядом. — Перейдем к сути — вам не хуже меня известно, почему я заговорил об этом. Сейчас, некоторые материалы этого дела надежно прикрыты вашим мужем и лично мной. Но все может измениться не в лучшую сторону. Давайте только представим, что будет, если это произойдет.

Он выдержал паузу, ожидая моих слов, и я заставила свой онемевший язык шевелиться:

— Но я невиновна.

— Даже если так, ни один суд не оставит детей с матерью пока идет судебный процесс по уголовному делу. Это вам подтвердит любой адвокат, есть сомнения — проконсультируйтесь. Если конечно найдете средства, ведь ваши счета будут заморожены до выяснения всех обстоятельств. — Альберт улыбнулся одними губами. — Поэтому я все-таки настоятельно рекомендую вам не усложнять ситуацию и пойти нам навстречу.

Пока сердце громыхало в груди с неистовой силой, я задыхалась. Только полчаса назад мне казалось, что я уже не смогу испытывать эмоции, и вот, я снова срываюсь вниз, едва обретя крылья.

— Я жду от вас перечень ваших условий по соглашению в ближайшее время. Мы обязательно рассмотрим их все, будьте уверены, — произнес он, возвращая на лицо непроницаемую маску. Чертов демон! Разве у моего мужа могут работать ангелы? — На этом у меня все, не буду вас больше задерживать.

Адвокат поднялся со стула и кивнул мне.

Это был шах и мат.

Оставшись одна в квартире, я взвыла, упав на колени, пополам согнулась. Сколько можно?! За что?!

Глаза вновь ожили, в них стали скапливаться слезы. Если совсем недавно я спрашивала себя, как можно возненавидеть, если сильно любишь? Теперь я точно знала ответ на этот вопрос…

Глава 20"

"И что теперь? Этот вопрос я задавала себе раз за разом, но не находила ответа. Ситуация, в которой я оказалась, казалась мне патовой. Но как бы мне не хотелось сдохнуть, разом избавившись от боли и мучений, я должна выстоять. Ради своих детей и маленькой жизни, что во мне зародилась.