Ужин с папочкой (ЛП)

— За что? — я смотрю в его мерцающие голубые глаза.

— Мне понравилось заботиться о тебе. Это была лучшая часть недели.

Мое сердце трепещет на крыльях, таких же туманных, как занавески, окружающие кровать с балдахином. Я вдыхаю, пытаясь подавить всплеск эмоций.

— Я... — в горле образуется комок.

Бард говорит снова, прежде чем я успеваю сообразить, что ответить.

— Если со мной что-нибудь случится...

— Не говори так, — говорю я.

— Брианна, — рычит он. — Выслушай меня.

— Хорошо, — шепчу я.

— Если со мной что-нибудь случится, моим братьям приказано охранять тебя.

— Тот, с кем ты сидела рядом за ужином, сказал, что даст тебе жилье, пока ты не встанешь на ноги.

— Лу прикроет твою спину.

— Это не он ли сказал, что ты должен отправить меня обратно в качестве приманки? — бурчу я.

— Он грубоват, но верен.

— Хорошо, — бормочу я, — Но мы оба пройдем через это.

— Конечно, — говорит он.

— И мне тоже было хорошо с тобой, — бормочу я.

Эти слова даже не передают всей глубины чувств. И как сильно мне будет не хватать Барда, если что-то пойдет не так. Я могла бы вечно оставаться с ним в этом счастливом пузыре, но у нас есть враги, которых нужно уничтожить.

Прохожу через билетный барьер на вокзале и вижу, что Коннор стоит по другую сторону, держа в руках букет красных роз. Он одет в черный костюм с черной рубашкой и соответствующим галстуком, что контрастирует с его обычной кожаной курткой и джинсами.

Мои шаги замедляются, и я поправляю черное платье, которое Бард купил мне у Имоджен. Это была одна из немногих вещей, которые она принесла, не слишком откровенная, и, хотя оно хорошо сшита, выглядит не так уж дорого.

Модная одежда Коннора неловко болтается на его стройной фигуре, делая его похожим на мальчишку, одетого в отцовский наряд, но в этом паразите нет ничего безобидного.

По словам моего знакомого в аптеке, Коннор приобрел пять миллиграмм фентанила - бесцветного препарата без запаха, который в сто раз сильнее морфина. Это вдвое больше, чем нужно, чтобы отравить человека размером с Барда, и я сомневаюсь, что вторая доза не предназначена для меня.

Взгляд Коннора останавливается на мне, и его поза выпрямляется. Моя челюсть сжимается, и я заставляю себя сохранять спокойствие. Я рада, что Бард настоял на поездке на поезде, потому что из-за меня Коннор опаздывает на день рождения. У него не хватит времени на то, чтобы убить нас обоих.

Когда он направляется ко мне, сверкая глазами, у меня закипает горькая злость. Бард не оказал Коннору ничего, кроме доброты. Как он может замышлять против собственного отца?

— Брианна, — говорит он с приливом раскаяния. — Мне так жаль, что ты это видела.

Я смотрю на цветы, поджав губы.