Ужин с пантерой

 – Лолочка, девочка моя, что с тобой?

Хотя и так все было ясно. В машине «скорой помощи» Лоле было так больно, что она прекратила актерскую игру. Всю дорогу она ругалась. Досталось всем – и режиссеру, выдумавшему такую идиотскую трактовку Достоевского, и Маркизу, отправившему ее в дурацкий ВИП-санаторий, где, на свое горе, она встретила Каргопольского, досталось и самой Лоле – что была такой дурой и согласилась на роль в этой дикой пьесе. Досталось шоферу «скорой» – за то, что торопился и резко тормозил на перекрестках, отчего нога у Лолы взрывалась адской болью. Не тронула она только песика, слабым голосом простилась с ним, просила не скучать и слушаться Леню. Тут машина остановилась, Лола вспомнила, что она актриса, а потому прекратила ругаться и позволила санитарам себя унести, трагически глядя в потолок.

Через полтора часа загипсованную Лолу выдали Маркизу под расписку. На этот раз нога была левая."