Уже счастлива

— Пройдемся?

— Можешь проводить меня до остановки, — любезно предлагает Марина, и поудобнее повесив сумочку на сгиб локтя, первая делает шаг в нужном направлении. Мне остается только следовать за ней, от раздражения скрипя зубами.

Чувствую себя неуверенно. Потому что не понимаю ее. Не могу просчитать. Не могу понять, почему так спокойна. Лично меня просто плющит от накатывающих эмоций.

— Увлекательный разговор, — подает голос спустя минуту, — так много нового узнала.

— Не ерничай.

— Как скажешь, — снова тот же равнодушный голос. По-моему, из нас двоих нервничаю только я. Ей действительно все равно.

— Объясни мне, какого хрена, ты пошла налево?

Ну вот. Хотел поговорить спокойно, а первый же вопрос прозвучал, как недовольство обиженного мальчика.

Марина какое-то время не отвечает. Молчит, обдумывая мой вопрос.

— А почему ты налево ходил?

— Я не ходил! — тут же возмущаюсь я.

Она только усмехается и качает головой.

— Не выйдет у нас разговора, Ковалев.

— Я не понимаю, с чего ты вообще взяла…

— Сереж. Ты серьезно думаешь, что я такая дура? — она так резко останавливается, что я чуть не налетаю на нее, — думаешь, я не знала о твоих похождениях? О девках, с которыми ты «совещания» по ночам проводил?

— Марин…

— Я знаю все, вплоть до их имен.

По злому взгляду понимаю, что не врёт. Действительно знает.

— Раз знала, то почему молчала, — огрызаюсь. Терпеть не могу, когда меня загоняют в угол.

— Все хотела понять, что я делаю не так.

— Все ты делала так.

— Знаю. Теперь знаю. А тогда не понимала, мучилась. Ты уходил, а я ревела в подушку, винила во всем себя. Хотела все исправить. Спасти семью. Пыталась, честно. Но бесполезно.

В ее словах нет сожаления. Просто констатация неутешительного факта, признание в провале. И больше ничего.

— Почему бесполезно?

— Потому что, чего бы я не делала, ты все равно уходил. Выбирал не меня. Я пыталась, честно, Сереж. Но … Ты знаешь, я встретила парня, — внезапно меняет тему разговора, — Он пришел ко мне в магазин, покупать букет для своей мамы. Мы разговорились. Он такой простой, открытый. С ним так легко.

Мля. Зачем она мне это говорит? Неужели не видит, что снова завожусь.

— На следующий день он снова пришёл. Снова купил букет. Только теперь для меня. Это было так мило, так смешно.

— И поэтому ты решала спутаться с этим клоуном?

— Нет, конечно. Я долго держала дистанцию, даже мысли не допуская о том, что у нас может что-то быть. Ведь я же замужем. Вот только мужу то на меня плевать было. Весь работе бедняга, — при это глянула на меня так выразительно, что совершенно точно стало понятно, какую именно работу она имеет ввиду. — И вот как-то я поняла, что больше не могу. Нет сил биться, стучать в закрытую дверь.

Она нервно поправляет сползающую с плеча сумку.