Так обладает ужасное чудовище...

Второе – взять и просто уйти отсюда. Я выбрала второе. Пошел Тейлор к черту. – Хорошо, господин Тейлор. Спасибо за разговор. Я, пожалуй, перемещусь к Джереону.

К Леману я не собиралась. Я намеревалась переместиться в башню и, закрыв глаза, попыталась представить свою спальню.

- Стой, чертова полторашка, - ладонь Тейлора оказалась на моем предплечье. Резко встряхнула, заставляя открыть глаза. А потом грубо потянула, поднимая на ноги. – Часто к нему переносишься? Что у тебя с этим ублюдком? Спишь с ним?

Я дернулась, от гнева стиснув зубы.

- Я в жизни не буду изменять. Это вы любитель заниматься чем-то таким! – я положила ладонь на его торс. Желая оттолкнуть, или, как минимум, не дать ко мне приблизиться, но, наверное, зря я подобное сделала. От этого тут же начала плавиться и ноги пошатнулись так, словно переставая меня держать.

- Я под гребанной клятвой и физически не могу спать с другими, - он это не просто сказал. Скорее, прорычал, чуть ли не агрессивно вталкивая в меня слова. Вбивая их в мое сознание.

- Но вижу, вам хочется этого, - процедила, сквозь плотно стиснутые зубы. – Я вам прямо так сожалею. Желаете изменить, но не можете.

- С чего ты решила, что мне хочется этого? Да после такой двинутой полторашки, другую уже не захочется, - его ладонь на моем предплечье сжалась уже с такой силой, что это было даже больно.

- Ваши оскорбления, практически похожи на признания в том, что я для вас единственная, - сказала, как издевку, после чего каблуком изо всех сил наступила на ногу Тейлора, а потом вырвалась и направилась к двери. Успела сделать лишь шаг, как Даглас опять перехватил. Бросил на кровать, так, что я подпрыгнула на мягком матрасе.

- Представляешь, это действительно признание. Ты для меня единственная, чертова проблемная полторашка, любящая насиловать мозги. Ненормальная. Сумасшедшая на всю свою голову.

- Свои оскорбления оставьте при себе, - я оперлась на один локоть и подняла на Тейлора убийственный взгляд, но в тот же момент, в очередной раз убедилась в том, что смотреть на него невыносимо. Воздух тут же исчезал и я начинала задыхаться. Насколько же он великолепный и настолько же ненавистный. – Оскорбляйте своих девок.

Тейлор одним коленом оперся о край матраса и положил ладонь мне на щиколотку. Рывком подтянул к себе. Я увидела, что у него уже дергался глаз.

Можно ли это было считать выполнением совета Жреца? Внимание Тейлора я привлекла. Более того, довела до ярости и до дергающегося глаза.

- Что творится в твоей больной голове? – ладонь Дагалса с грохотом обрушилась на кровать рядом с моим плечом. Мне казалось, что все пружины в матрасе оглушающее задребезжали, хоть и понимала, что это невозможно. – Кем ты меня считаешь, раз думаешь, что после твоих слов я все еще буду бегать за тобой?

- Значит, отпустите меня.