Увядание розы

Неужели все прошло? Впрочем, немудрено, столько лет, и потом, она так дурно относилась к нему, к его любви. Вот теперь она пришлась бы совсем кстати! Только, увы, чувства – деликатная материя, не товар в лавке. Заверните, я возьму, ах, нет, передумала. Впрочем, так и быть, давайте!

Трофимов ушел, оставив на столе недопитый чай и тоску в душе Ольги. Она собралась пройтись, прогуляться, потом передумала. Незнакомый город пугал молодую женщину, по-английски она говорила плохо…

Вера рассматривала принесенный почтальоном конверт. Она узнала почерк, рассмотрела штемпели. Нет сомнения, от нее, от Ольги. Как хочется заглянуть внутрь, узнать, что она пишет, беглянка! Это она, Вера, первая разоблачила мачеху. Отец ждет ее и ждет, а она все не едет и не едет, не шлет ни писем, ни телеграмм. Вера решилась и самовольно открыла запертую дверь в комнату Ольги Николаевны. Вот тут-то и вскрылась вся правда. Обнаружилось, что увезены все необходимые вещи, фотографии, драгоценности, ценные бумаги. Зачем тащить за собой целый воз, если ехать только за тем, чтобы забрать и перевезти прах покойного?

– Я знаю, она там не одна, она наверняка с Трофимовым сошлась! – лила Вера яд на душу Вениамина Александровича. – Иначе что ей там делать так долго, в чужой стране?

– Нет, это невозможно! Я не пойму, как она умудрилась обвести меня вокруг пальца!

– Вот, вот! В тихом омуте черти водятся!

– А что Павел, он тоже ничего не знал?

Но Павел, по счастью для себя, на тот момент уже получил место на железной дороге и отбыл из дома. Теперь он редко бывал в столице, да и к отцу не очень спешил.

Поэтому выпытать что-либо из брата по горячим следам не удалось.

Вера вошла во вкус разоблачительницы. Дня не проходило, что бы она не корила мачеху и за побег, и за мыслимые и немыслимые прошлые грехи. Разом забылось все доброе, вспомнилась и история с Пепелищевым. Извеков был мало осведомлен о тогдашнем происшествии на пруду.

Он знал только, что Вера влюбилась в его приятеля, да безответно. Теперь обрисовались «истинные» очертания события. Бедная Ольга оказалась в Верином пересказе коварной искусительницей и соблазнительницей. Она уже тогда, вероятно, изменяла Извекову! Поэтому немудрено, что, убежав в Лондон, она тотчас же сошлась со своим бывшим воздыхателем!

И вот письмо! Что там? Вернется или нет? Требование развода или раскаяние?

Девушка повертела плотный пакет, посмотрела на просвет. Может, нагреть на свече и аккуратно вскрыть?

– Вера! Неужели письмо? От Оли? – Отец появился в дверях.

– Да, только принесли, я хотела отдать вам. – Вера протянула конверт.

Вениамин Александрович, поплотней запахнув бухарский халат, тяжело двинулся к столу и принялся распечатывать послание. Дочь тревожно смотрела ему в затылок, пока он читал.