Утро, день, ночь

Шок был особенно велик и потому, что, по всеобщему убеждению, Вуди намеревался сделать предложение Мими Карсон, очаровательной интеллигентной наследнице лесоторговой империи, по уши влюбленной в Вуди.

Как правило, обитатели Хоуб-Саунда предпочитали сплетничать о романах слуг, а не их хозяев, но не пересчитать косточки Вуди они не могли. Скоро стало известно, что сначала он накачал Пегги, а уж потом женился. И ни у кого не возникало сомнений, какой грех считать большим.

– Господи, ясное дело, парень может обрюхатить девчонку, но как можно жениться на официантке?!

Вся эта история стала классическим примером дежа-вю. Двадцатью четырьмя годами раньше Хоуб-Саунд потряс скандал в семействе Стенфорд. Эмили Темпл, происходившая из одной из самых уважаемых в городе семей, покончила с собой, потому что гувернантка детей забеременела от ее мужа.

Вуди Стенфорд открыто признавал, что ненавидит отца, поэтому его решение жениться на официантке истолковали однозначно. Своим поступком сын хотел показать, что он честнее отца.

На свадьбу пригласили только брата Пегги, Хупа, который прилетел из Нью-Йорка. Старше сестры на два года, он работал в пекарне в Бронксе. Высокий, худой, с изъеденным оспой лицом, Хуп говорил с сильным бруклинским акцентом.

– Тебе досталась отличная девушка, – услышал от него Вуди после церемонии.

– Я знаю, – сухо ответил Вуди.

– Ты позаботишься о моей сестренке, не так ли?

– Сделаю все, что в моих силах.

– Вот и славно.

Интересный получился разговор между пекарем и сыном одного из богатейших людей планеты.

Через четыре недели после свадьбы Пегги потеряла ребенка.

В Хоуб-Саунде посторонних не жаловали, а на Юпитер-Айленд практически не допускали. Остров с запада отделял от суши канал, а с востока омывал Атлантический океан. Вот уж где право частной собственности соблюдалось свято. Не остров, а рай для богатых, и полиции на квадратный ярд там было больше, чем в любом другом месте. Жители острова гордились своей малочисленностью. Они разъезжали на «таурасах» или пикапах, плавали на маленьких яхтах, восемнадцатифутовых «лайтинг» или двадцатичетырехфутовых «куик-степ».

Тем, кто не удостоился счастья родиться в Хоуб-Саунде, предстояло заслужить право жить в городе. После женитьбы Вуди Стенфорда на «этой официантке» главный вопрос звучал так: принимать новобрачную в свой круг или нет?

Миссис Энтони Пельтье, старейшина Хоуб-Саунда, главный арбитр во всех светских диспутах, видела цель своей жизни в том, чтобы оградить общество от парвеню и нуворишей. Если прибывшие в Хоуб-Саунд новоселы по какой-либо причине вызывали неудовольствие миссис Пельтье, она посылала им со своим шофером кожаный чемодан. Таким способом она информировала их, что в городе им делать нечего.