Утро, день, ночь

Билли очень расстроен, ведь вы сняли его с игры и сказали, что больше он играть не будет.

– Билли – ваш сын? Я сожалею о том, что он вообще вышел на поле. В будущем такое не повторится.

– Вы несправедливы к нему, мистер Коттон! – с жаром воскликнул Папа. – Я знаю Билли. Он станет отличным игроком. Вот увидите. Уже в следующую субботу…

– Он не будет играть в следующую субботу. Я отчислил его из команды.

– Но…

– Никаких «но». Отчислил, и точка. Если с этим все ясно…

– Нет, не все. – Отец Билли развернул бумагу и достал бейсбольную биту. В его голосе слышались просительные нотки. – Билли играл этой битой. Посмотрите сами, она со щербинами. Нельзя же наказывать его только за то…

– Послушайте, мистер, плевать мне на эту биту. Ваш сын отчислен из команды!

Отец Билли тяжело вздохнул:

– Вы уверены, что ваше решение окончательное?

– Абсолютно.

Коттон протянул руку, чтобы открыть дверцу, и в этот момент отец Билли ударил бейсбольной битой по заднему окну. Стекло, естественно, разлетелось вдребезги.

Коттон вытаращился на него.

– Что… что вы делаете!

– Разогреваюсь, – объяснил Папа и вновь взмахнул битой.

На этот раз удар пришелся по колену Коттона. Джон Коттон вскрикнул и упал на асфальт, корчась от боли.

– Сумасшедший! Помогите!

Отец Билли присел рядом на корточки, обаятельно улыбнулся.

– Еще один крик, и я раздроблю вам вторую коленную чашечку.

Коттон замер, побледнев от ужаса.

– Если мой сын в следующую субботу не выйдет на поле, я убью вас и убью вашего сына. Надеюсь, это понятно?

Коттон заглянул в глаза Папы и кивнул, изо всех сил стараясь не закричать от боли.

– Отлично. О нашем разговоре никому знать не надо. У меня есть друзья.

Папа посмотрел на часы. На ближайший рейс до Бостона он успевает.

Вновь зачесалась рука.

В воскресенье, в семь утра, мужчина, одетый в костюм-тройку и с дорогим кожаным дипломатом в руке обогнул Копли-сквер, свернул на Стюарт-стрит и, миновав парк Плаза Кастл, вошел в Бостон-Траст-Билдинг. Он направился прямо к охраннику. В громадном здании арендовали помещения десятки фирм, так что мужчина не сомневался, что охранник просто не может знать всех работающих здесь в лицо.

– Доброе утро, – поздоровался он.

– Доброе утро, сэр. Могу я вам чем-нибудь помочь?

Мужчина вздохнул:

– Мне не сможет помочь даже Господь Бог. Они думают, что мне нечем заняться в воскресенье, кроме как выполнять работу, порученную другим.

Охранник сочувственно покивал:

– Я вас понимаю. – И пододвинул регистрационную книгу: – Распишитесь, пожалуйста.

Мужчина расписался и зашагал к лифтам. Его интересовала фирма, расположенная на пятом этаже. Поэтому он поднялся на шестой и спустился по лестнице на один этаж.