Версальский утопленник

Некто невидимый нежно прижался к нему.

— Отныне, — прозвенел мелодичный голос, — я буду появляться неожиданно, словно по волшебству, беря пример с феи Мелюзины. Вы постоянно исчезаете, оставляя меня в неведении.

— Мне кажется, я слышу речи госпожи Бурдо, — проворчал инспектор. — Стоит женщинам открыть рот, как последствия обрушиваются на наши головы.

— О, не имею ничего против появления, словно по волшебству, — проговорил Николя, окидывая нежным взором Эме д’Арране, — лишь бы, подобно вышеозначенной фее из Лузиньяна, вы не являлись мне в облике змеи.

— Фи! Грубиян!

— И давайте уточним, сударыня: я не исчезаю! Расследование вынуждает, а служба королю обязывает.

— Расследование! Опять расследование! Всегда и всюду! Ваши расследования идут одно за другим, тянут друг друга за руки и показывают мне язык. Они выжигают вас изнутри, превращая в старикашку. Вас можно встретить только случайно, а это слишком суровая перспектива для нежного сердца.

— Нижайше благодарю за старикашку! Наконец-то вы говорите искренне!

— А что мне остается делать, если я люблю этого старикашку?

— Довольно шуток, ведите себя серьезно. Мне надо поговорить с Бурдо. Но сначала давайте уточним: что я могу для вас сделать?

— Я приехала из дома, чтобы пригласить вас отобедать со мной.

— С каких это пор дамы приглашают кавалеров?

— С тех пор как кавалеры перестали приглашать дам.

— Но послушайте, Эме! Расследование…

— Расследование подождет, — вмешался растроганный Бурдо; он с первой же встречи принял мадемуазель д’Арране и не питал к ней ни капли ревности. — Обед пойдет вам на пользу и поможет восстановить силы.

— Да здесь настоящий заговор! — воскликнул Николя. — И заговорщики налицо! Я уступаю, но это не значит, что подобные похищения войдут в обычай. Подождите меня у себя в карете, никуда не ходите и ни с кем не разговаривайте.

— Подчиняюсь Великому Паше и отправляюсь в свой сераль на колесах, — бросила Эме, отвесив обоим сыщикам такой изящный поклон, что они еще долго стояли, ощущая на себе воздействие чар красавицы.

Николя рассказал Бурдо о поездке в Валь-де-Грас. Инспектор согласился с ним, что попытка Ренара шантажировать принцессу явно предшествовала смерти лакея герцога Шартрского. Получается, причиной убийства стали некие неведомые им события. Возникла необходимость убрать свидетеля, но свидетеля чего? Все подозрения падали на инспектора. Бурдо провел беседу с Симоном; оказалось, узник привык к постоянным допросам. Его допрашивали люди из Морского министерства, из полиции, еще какие-то непонятные люди.