Утомленное солнце

Полк состоял из четырех эскадрилий по пять звеньев в каждой. Такая тактическая единица, как отряд из десяти машин, упразднялась. Теперь с командира звена можно было сразу прыгнуть на комэска.

– Да какая разница, – устало махнул рукой Артем. – Мне хоть одним самолетом командовать, лишь бы летать…

Немцы стремительно продвигались на восток. И нужно было обгонять их, чтобы выйти в расположение своих войск. Поэтому после недолгой передышки Артем и его новый товарищ взяли курс на Барановичи.

Два раза они натыкались на немцев. Первый раз это была небольшая танковая колонна. Второй – двое на мотоцикле. Они подъехали к ручью, чтобы набрать воды. Эти фашисты не были готовы к тому, чтобы отразить внезапную атаку. Но Артем все же удержался от соблазна открыть счет своим личным победам. У них с Лодыгиным была одна задача – прорваться к своим. А вступить в бой значило привлечь к себе внимание и поставить под угрозу свою жизнь.

На исходе того же дня, двадцать третьего июля уже в темноте неожиданно для себя они вышли в расположение наших войск. Артем-то думал, что придется пробиваться через вражеский заслон.

Их задержали, для порядка разоружили, доставили в штаб пехотного полка, где сунули под пресс начальника особого отдела. Лейтенант госбезопасности вредничал не очень. Проверил документы, выяснил обстоятельства, по которым два летчика оказались на территории, занятой врагом. Каким-то чудом сумел связаться с дивизией, где проходил службу капитан Лодыгин, навел о нем справки. Да, есть такой, утром сегодняшнего дня был сбит при атаке немецкой колонны. С Артемом было посложней. Но Алексей рассказал, как Артем снимал его с дерева, как вместе с ним уходил от преследования. И все же особист посматривал на Артема косо. И, похоже, был близок к решению взять его под стражу до окончательного выяснения. Но ситуация в полку была крайне нестабильная. Враг мог атаковать в любое время, и это создавало нервозность. В конце концов особист махнул на летчиков рукой и отправил в тыл, который таковым мог считаться лишь условно.

Артему и Алексею везло. На перекладных они сумели добраться до заветного аэродрома. Капитана Лодыгина встретили в полку как родного. На Артема же поначалу смотрели с опаской. Кто такой, откуда. Алексей объяснил, что Артем фактически спас ему жизнь. Только после этого к нему стали относиться терпимее. В срочном порядке зачислили в списки части, поставили на довольствие. Но самолет не выделили. За отсутствием свободных машин.

А в ночь на двадцать пятого июня на аэродром налетели немецкие «Юнкерсы». Надо отдать должное командиру полка, он правильно рассредоточил самолеты, поэтому было уничтожено всего три боевые единицы. Но взлетно-посадочную полосу фашисты перепахали на зависть колхозным трактористам.