Утомленное солнце

Да и сами квартиры, наверное, просторные, светлые… Простые рабочие так не живут. Но Артем верил, что уже не за горами время, когда все советские люди будут жить в светлом социалистическом будущем, а там для каждого найдется отдельная квартира.

– Клара, иди домой, скажи маме, что мы уже пришли. – В голосе Влады отчетливо прозвучали властные нотки.

– А ты? – смущенно спросила толстушка.

Уходить ей не хотелось. Но Влада так посмотрела на нее, что ноги сами понесли ее к парадной.

– Надоела, – тихо, чтобы не услышала сестра, сказала она.

– А я? – сорвалось у него с языка.

– Ты? – мило улыбнулась Влада. – Ты не надоел.

В отличие от Клары она не стала обращаться с Артемом на «вы». Зато сразу дала понять, что он у нее в милости.

– Может, сходим в кино? – предложил он.

– Можно. На вечерний сеанс.

Она соглашалась. Но Артем уже воспринимал это как должное.

– На вечерний нельзя, – покачал он головой.

– Почему? – удивленно повела она бровью.

– У меня в девять вечера увольнительная заканчивается.

– А-а, понятно… А я думала другое…

– Что – другое? – не понимающе посмотрел на нее Артем.

– Есть один парень, который мне проходу не дает…

Влада сказала об этом так спокойно, как будто этот парень был всего лишь мухой, от которой можно отмахнуться. Зато Артему стало слегка не по себе. Как такового соперника он не боялся. Если нужно будет дать кому-то бой – он всегда готов. Его пугало другое. Что, если Влада собирается отдать сердце тому парню, про которого говорила. Или уже отдала…

– Он тебе нравится? – Артем сглотнул слюну.

– Я бы не сказала… Мне нравятся люди в военной форме…

Насчет людей в военной форме не очень понятно. Выходит, Артем ей может нравиться только потому, что он военный. А если он вдруг станет штатским, он что, ей разонравится?..

– А тот парень… Он не военный? – Нет. И не хочет… А ты, значит, скоро офицером станешь?

– Да, через два месяца.

– А потом куда?

– Куда партия прикажет. Я в Монголию хочу.

– Там сейчас война.

– Поэтому я там и нужен… Я же военный летчик, мое дело воевать.

Влада молча смотрела на него. В глазах если не восхищение, то что-то близкое к тому.

– Мне кажется, ты многого добьешься, – улыбнулась она. – Комдивом станешь, орденов полная грудь… Или ты к этому не стремишься?

– Ну, какой же солдат не хочет быть генералом!

У Артема в роду не было профессиональных военных. Разве что отец гнил в окопах в Первую мировую, затем воевал в Гражданскую простым красноармейцем. Но в царскую армию его взяли по принуждению. После войны он демобилизовался и с радостью взялся за мирный труд. При всем при этом Артем всерьез считал себя прирожденным солдатом. Быть военным – его призвание, и он будет служить Родине верой и правдой до конца своих дней.