Утомленное солнце

Главное, из-под прожекторных лучей научиться уходить. И еще один фокус есть. Если снаряд где-то рядом разорвался, надо в то же место самолет направить. Снаряд второй раз в одну и ту же воронку не падает. Солдатская мудрость… Кстати, меня даже ни разу не ранили…

– Ты хорошо летаешь. Мягко… Может, ко мне перейдешь? – предложил он.

– Куда это к тебе?

– Ну, на самолет связи. У нас же тоже «По-2» есть…

– Пока перевод оформят, война закончится.

– Да нет, все быстро сделаем…

– Боишься за меня? – Еще как!.. Я ж за тебя теперь в ответе. Перед Захаром…

– Да при чем здесь Захар? – досадливо поморщилась Римма. – Ладно, иди! Мне обратно возвращаться надо.

– На ночь глядя? Темнеет уже.

– Мы ночные бомбардировщики.

– Ничего не знаю, без штурмана обратно не пущу.

– А что мне штурман? Мы на своей территории. И бомбы метать не надо…

– Все равно не пущу. Не забывайте, товарищ капитан, пока что вы в моем распоряжении. Вылетаете завтра засветло… А ночью вас никто здесь не съест…

– А если кто-то съест?

В глазах у Риммы угадывалось желание, чтобы ее кто-то «съел». Но чтобы этот «кто-то» непременно был Артем… А ведь она уже совсем взрослая. Двадцать лет… И он мужчина…

– Не переживай, все будет хорошо… В моей землянке переночуете, – Артем перевел взгляд на вторую летчицу.

– Как скажете, товарищ полковник!

Землянка у Артема просторная, сухая, со всех сторон обшита деревом. Все-таки он командир дивизии. Печка давала тепло, электрическая лампочка – свет.

– Хорошо у тебя, – осматриваясь, сказал Римма. – Жарко… Можно комбинезон снять?

– Чувствуйте себя как дома… А я насчет второй кровати распоряжусь…

– Не надо, – улыбнулась вторая летчица. – Меня уже ждут.

Молодая, симпатичная. Глазки весело горят, но на губах стыдливая улыбка.

– Кто?

– Майор Кухаревич… – сказала девушка таким тоном, будто признание далось ей нелегко. – Я же сама на вылет напросилась…

Артем знал всех своих подчиненных в лицо и по фамилиям. Действительно, недалеко от своей землянки он заметил майора Кухаревича. Начальник штаба полка, самолеты которого базировались на этом аэродроме. Значит, у него с этой летчицей шуры-муры. И когда они только все успевают?

– Мы еще в сорок четвертом познакомились, – смущенно сказала девушка. – Он тогда тоже в четвертой армии служил… А теперь вот снова вместе. И недалеко… Можно, я… Можно, мы с ним…

– Можно! – отрезал Артем.

– Спасибо! – просияла она и выскочила из землянки.

– Вот видишь, твой Кухаревич не такой озадаченный, как ты, – с улыбкой сказала Римма.

– Не озадаченный, – усмехнулся Артем. – Зато озабоченный…

– Они пожениться собираются.