Утомленное солнце

– А ты, товарищ майор, задачу выполнил? Сколько «мессеров» ты вчера сбил? Нисколько! А сколько машин потерял? И это при том, что у тебя самолетов было вдвое больше… Что, нечего сказать? То-то же… Если обосрался, сиди да обтекай…

Но Хоботову было что сказать.

– Молчать! – взорвался он.

Только Артем нисколько не испугался его гнева. Он уже давно привык к истерическим выходкам этого недоучки. Переждет он и эту психопатическую бурю.

– Пока что я командую полком. И я решаю, кто прав, а кто виноват! – метал молнии Гена.

– И кто ж из нас прав? – усмехнулся Артем.

– Я не прав… – подозрительно легко признался Хоботов. – Да, моя группа не выдержала натиска четверки немецких асов. Да, я не смог прикрыть аэродром… Зато я смог выяснить, откуда немцы узнали про наш аэродром!

Гена смотрел на него налитыми кровью глазами, губы кривились в злорадной ухмылке.

– Я уже давно подозревал тебя, Гудимов! Я читал твое «Личное дело». Я знаю, сколько раз ты был у немцев в тылу! И всегда ты выходил к своим… Так не бывает, товарищ… Да какой ты мне к черту товарищ?.. Ты предатель, Гудимов. Ты шпион и предатель!!!

Если Хоботов хотел найти его слабое место, то он его нашел. Артем вскочил:

– Что ты сказал?!

– Ты, Гудимов, шпион и предатель!.. Вчера ты нарочно дал себя сбить. Чтобы попасть на территорию, занятую врагом. И тебе это удалось. Ты встретился со своими фашистскими хозяевами, передал им координаты нашего аэродрома. И сегодня был налет… Ну и что ты на это скажешь, вражья морда?

У Артема вчера был трудный день. И сегодня ничего хорошего. Силы на исходе, нервы измотаны. Он не должен был этого делать. Да только ноги сами понесли его к Хоботову, рука сама поднялась…

– Ах ты, гнида!

Он вложил в этот удар всю свою силу. Хоботов перелетел через стол, сбил лавку, растянулся на полу. Замполит склонился над ним. Ошалело посмотрел на Артема.

– Ты ж его убил!

Но замполит ошибался. Хоботов был жив. Но в нокауте он провел не менее двух часов. За это время много чего произошло. Сначала в штабную землянку ворвался особист. Немедленно обезоружил Артема, произвел арест. И доложил по инстанции. К тому времени, когда Хоботов пришел в себя, Артем уже находился на гауптвахте при штабе дивизии. Даже вмешательство самого комдива не смогло снять наложенный на него арест. Если б особисты воевали с внешним врагом так же хорошо, как с внутренним, немцев бы уже давно отбросили к стенам Берлина…

Артем знал, кто стоит за Хоботовым. Но не знал, чем это могло для него обернуться.

Два дня он провел на дивизионной гауптвахте, а затем его отправили в штаб фронта. Там им занялась госбезопасность.

Артема обвиняли ни много ни мало в покушении на жизнь старшего командира. Но бдительный чекист был не прочь пришить ему предательство и шпионаж.