Завещание рождественской утки

Когда Андрей Борисович выслушал врачей, он сразу понял, кто виноват в произошедшем, – Ника. Ульяна Федоровна ушла на кухню за отваром череды, старшая сестра осталась с братом наедине. Потом малыш каким-то образом очутился под водой. А Вероника-то стояла рядом!

Взрослые накинулись на негодницу толпой. Расторгуев впал в бешенство. И его можно понять: он чуть не потерял единственного ребенка. Андрей Борисович, еще недавно прекрасно относившийся к дочке Галины, кричал:

– Ее следует отправить в специнтернат. Туда, где живут дети-убийцы! Арестуйте эту тварь!

Милиционерам пришлось охладить пыл актера, ему объяснили:

– Девочка слишком мала, ее нельзя привлечь к ответственности.

А Ника плакала и твердила: «Я братишку не трогала».

Актер надавал ей пощечин, а потом вдруг сообразил: если поднимется шум, затеется расследование, то на замечательном имени Расторгуева, на его сияющих доспехах артиста-рыцаря, всегда исполняющего только лубочно-положительные роли, может появиться темное пятно. Объясняй потом всем, что он не отец малолетней преступницы, а всего лишь сожитель ее матери. Андрей Борисович чрезвычайно пекся о своей репутации, поэтому помчался к самому высокому милицейскому начальству и смог замять скандал. Милиция более ни в больницу, ни на квартиру Расторгуева не приезжала, ни Нику, ни кого-то другого не допрашивали. Но Андрей Борисович заявил гражданской жене:

– Пусть мерзавка покается, попросит прощения за содеянное, расскажет честно, что произошло, и тогда она останется в семье. Если же продолжит врать, я сдам ее в детдом. Раз нельзя запереть сволочь за решетку вместе с преступниками, пусть живет в обычном сиротском приюте. А тебе я запрещу общаться с дочерью.

Галина начала упрашивать Веронику признать вину. Но та упорно твердила:

– Няня крикнула: «Ника, присмотри за братом». Я вошла в ванную. Тети Ули там уже не было. Братик лежал в ванночке, водичка закрывала ему личико. Я испугалась, что малыш утонет, вынула его, стала звать Ульяну. Няня прибежала. Это все. Я его не топила!

– А кто же это сделал? – заорала мать и отвесила Нике оплеуху. – Лучше признайся честно. Нельзя врать взрослым. Хочешь в приют? Андрей тебя туда живо отправит! И кто уронил малыша?

Услышав последний вопрос, Ника отчаянно разрыдалась.

– Мамочка, я случайно! Выхватила братика, а он был таким скользким, что сам из моих рук выпал. Я не хотела! Я его не топила! Мамулечка, я заболела, мне плохо… Я лунатик, хожу во сне и сама не знаю, что делаю… Я не помню, как очутилась в ванной, честное слово! Услышала голос няни, пошла по коридору, потом гляжу – братик под водой. Я очень-очень больна. Мамочка, почитай книгу «Лунный камень», там про это написано.