Завещание рождественской утки

И убивал Веру не медведь, он не способен орудовать удавкой. Он разорвал бы несчастную когтями, клыками.

– Тише… – шикнула вдруг на меня Люся. – Слышишь?

– Что? – насторожилась я.

– В прихожей кто-то есть, – обморочным голосом прошептала заведующая отделом прозы. – Боже!

Из коридора послышалась тяжелая поступь, в проеме открытой двери появилась невысокая, почти квадратная фигура. Незнакомец застыл на входе. В комнате было сумрачно, лица человека я не разглядела, но прекрасно видела: у него нереально большая круглая голова, вокруг которой топорщится мех.

Похоже, Людмила тоже поняла, что к нам заявился то ли оборотень, то ли медведь. Мы с Коткиной прижались друг к другу, зажмурились и завизжали в унисон.

– Простите, не хотел вас напугать, – произнес знакомый приятный голос.

«Медведь» скинул капюшон, вытащил из ушей крохотные наушники и улыбнулся.

– Вы так закричали, что даже музыку заглушили.

Мы перестали орать и приоткрыли глаза.

– Йося! – выдохнула Людмила. – Сделай одолжение, включи свет.

Нежданный гость поднял руку, под потолком вспыхнула пятирожковая люстра, и я судорожно выдохнула.

В комнате стоял одетый в куртку типа «аляска» Иосиф Варламов. То, что показалось мне шерстью, дыбом стоящей вокруг головы медведя, оказалось меховой опушкой капюшона, а объемная мешковатая куртка придала фигуре массажиста сходство с шатуном, вставшим на задние лапы. Но самым мощным гипнотизером оказался простой человеческий страх. Не говори мы с Люсей о кровожадном звере, он бы нам не привиделся.

– Еще раз прошу прощения, – сконфуженно повторил Иосиф. – У меня включен плеер, и я не понял, что тут идут переговоры, голосов не слышал.

– У вас есть ключ от триста седьмой? – пробормотала я, пытаясь дышать ровно. – Я думала, карточку имеют всего шесть человек в издательстве.

– Я седьмой, – улыбнулся Варламов. – Мы с Ребровым проводим здесь сеансы массажа.

К Коткиной тоже вернулся дар речи.

– Гарика сегодня нет в «Элефанте».

Иосиф Петрович расстегнул куртку.

– Ваш шеф мне позвонил, пожаловался на боль в ноге, сказал, что вот-вот подъедет, поэтому я и поднялся сюда. Открыл дверь, а вы как закричите! Уф-ф, у меня прямо уши заложило! Хорошо, что здесь стол есть, а то мой, раскладной массажный, который я с собой вожу, сломался. Ножка у него отвалилась, надо новый покупать.

Варламов стянул «аляску».

– Давно прошу Вилку написать ужастик, – защебетала Людмила. – У нее должно получиться – этакая смесь хоррора и фантастики. А наша великая писательница тормозит, ей нравится детективы строчить.

– Иосифу Петровичу, наверное, не интересна наша кухня, – подхватила я. – Нет, я не умею пугать читателя. И не хочу конкурировать с теми, из-под чьего пера выходят великолепные книги об оборотнях.