Хобби гадкого утенка

– Слава богу, – воскликнула женщина лет пятидесяти с виду, стоявшая на каменном крыльце, – честно говоря, уж я и не знала, что подумать! Миша в условленный день не приехал, деньги не привез. Звоню ему, звоню – никто трубку не берет, ни дома, ни по мобильному, прямо извелась вся!

– Тут неприятность получилась, – вздохнула я, – Мише плохо с сердцем стало, инфаркт.

– Господи, – всплеснула Клавдия руками, – да идите в дом.

Мы прошли через просторные сени в большую, обставленную недорогой, но добротной мебелью комнату. Все здесь говорило об устойчивом достатке хозяйки. Широкий диван и два кресла, обитые ярким зеленым велюром, «стенка», сверкающая полированными дверцами шкафов, телевизор, хрустальная люстра, два ковра: один на полу, другой на стене…

Клавдия села в кресло, но потом сразу вскочила.

– Чего это я, давайте чаю попьем! Небось устали. К нам-то от станции семь километров переть.

– Я на машине, оставила ее у магазина, но от чашечки чаю не откажусь.

– Сейчас принесу, – засуетилась хозяйка.

– Давайте лучше на кухню пойдем, – предложила я, – незачем из меня «парадную» гостью делать!

Мы сменили место дислокации и оказались в просторном «пищеблоке», оборудованном не хуже, чем наш, ложкинский, – холодильник «Бош», СВЧ-печка, плита «Электролюкс», комбайн, кофемолка.

– Какой ужас, – вздыхала Клавдия, распахивая шкафчик и вытаскивая банку дорогого кофе «Черная карта», коробочку шоколадных конфет «Коркунов» и пакетик с печеньем.

– Сейчас уже опасность миновала, – я поспешила ее успокоить, – угрозы для жизни нет, но Миша лежит в Боткинской больнице, в кардиореанимации, а туда сотовый даже вносить не разрешают, он им какие-то приборы замыкает. Так что аппарат выключен, вот почему вы дозвониться не могли. Уж извините, сразу приехать не получилось…

– Понятное дело, – закивала Клава, – хорошо хоть сейчас выбрались, чего не позвонили-то мне? Знаете, как я нервничала? Брат не едет и не едет…

Я посмотрела на тетку. Вот оно что, это сестра Михаила, похоже, старшая…"

"– Я растерялась сначала, а потом никак не могла телефонную книжку найти, куда-то он ее засунул. Спрашиваю у Миши номер – не помнит. Он же сейчас под действием сильных лекарств, только бормочет. Адрес-то я знала, Вешкино! Ну и поехала, кстати, сколько денег вам оставить?

Клавдия пожала плечами.

– Смотря на какой срок. Как мне вас величать? Наташа или Лена?

Я улыбнулась. Какая удача, значит, она не видела Кабанову, только знает о той понаслышке.

– Вообще-то, с детства я была Наталья Павловна Кабанова, но, наверное, будет лучше, если даже среди своих станем поддерживать легенду. Зовите меня Леной Артюхиной. Ну, как она?

Клавдия вздохнула.

– А как всегда, хотите взглянуть?

Я кивнула.