Устоять невозможно

 — Все в порядке?

Когда миллионы закончатся, или я вдруг обанкрочусь, театральные подмостки получат нового талантливого актёра в моем лице.

Я схватился рукой за грудь с левой стороны и утвердительно кивнул. Сбавил скорость и следил за дыханием, думая о том, что мне нравится внимание с ее стороны, но не нравилось, что приходилось симулировать, чтобы вызвать у девушки хоть какие-то чувства. Я понимал, что вел себя, как глупой мальчишка рядом с ней, но ничего невозможно было поделать с этим желанием прогнуть ее под себя. Подмять — уместнее. А может быть она любила позицию сверху? Слишком уж темпераментная…

— Ты держишься за грудь и сильно побледнел. Ты говорил, что у тебя проблемы с сердцем… Давай сделаем остановку? — предложила она.

Красивые глаза с беспокойством и участием смотрели на меня. Черта с два я теперь отступлюсь! Пусть побудет в моей шкуре. Я два раза с замиранием сердца оживлял красавицу: первый раз вчера, когда доставал из соленой воды, а второй — сегодня, когда она перепугалась и свалилась в обморок прямо в мои руки. Я был уверен, что за маской стервы скрывался милый и отзывчивый ангелок, только я никак не мог до него достучаться.

12 глава

Роман

Притормозив на обочине, я опустил голову на руль, а Яна коснулась рукой моего плеча:

— Рома, тебе плохо? Давай я сяду за руль? Только скажи как настроить эту штуку, чтобы мы добрались до отеля…

Кое-как придав лицу серьезный вид, я расстегнул две верхние пуговицы на рубашке и откинул голову на сиденье, не забывая тяжело дышать. Еще немного и сам себе поверю.

— Сейчас поедем, — тихо отозвался я, не смотря в ее лицо, не иначе сжалюсь и пиши все пропало.

Вот что за стерва такая? Первый поцелуй оказался сворованным, второй подстроенным. Когда я ее усмирю?"

"Но отступать от затеи, что мне стало плохо, было поздно. Я склонил голову набок и снова закрыл глаза, просчитывая ее ходы наперед. Не удивлюсь, если она начнет стаскивать меня с сиденья, чтобы сесть на водительское и ехать в отель. Но пусть для начала попробует сдвинуть меня с места.

— Рома! — голос девушки дрожал от волнения, она встряхнула меня за плечо.

Я не отозвался и расслабившись позволил телу обмякнуть в сидении. И как же мне нравилось слышать ее хрипотцу в голосе и частое, равное дыхание. Я представлял, как вздымается и опускается ее грудь — острые вершины с розовыми сосками. Все я видел пока она там плескалась в ванной в спа-салоне.

Влажные руки коснулись моего лица, пальцы задержались у носа и рта, а затем скользнули к шее, пытаясь прощупать пульс. Собрав всю волю в кулак, я пытался доиграть свою роль до конца и не дергаться от каждого ее прикосновения. Пусть тоже понервничает, но если вдруг сядет мне на колени, то сразу все поймет.