Следствием установлено

– Два таких друга в одну ночь расстались с жизнью! Да их с оркестром хоронить надо! – Убрала от лица руки, повернулась к Антону и без всякого перехода хрипло потребовала:

– Гони три рубля! Антон усмехнулся:

– На оркестр, что ли?

– Не прикидывайся! – возмутилась Дунечка. – За мою помощь плати. Если б не рассказала, откуда б ты правду о гибели Самолета узнал? Я ж тебе целый рассказ наговорила.

– Милиция рассказов не печатает, чтобы за них платить.

– Ни… ни копейки не… не дашь?

Антон отрицательно покрутил головой. Дунечка взорвалась:

– Жадюга! Чтоб тебя под старость дети так кормили! Чтоб… Чтоб… Как порядочному, пришла на помощь, расписаться под показаниями хотела. Теперь во распишусь! – она показала кукиш, вскочила со стула и, чуть не оставив впопыхах ботинки, ринулась к двери. Запнувшись о порог, оглянулась и, зло сверкнув глазом, хрипло спросила:

– Где тут у вас туалет?

– Там… – неопределенно махнул рукой Антон. – Дежурный покажет.

Дунечка молча еще раз показала кукиш и захлопнула за собою дверь. Антон быстро набрал номер телефона Голубева.

– Слава, – сказал он, – из моего кабинета только что вышла гражданка…

– Дунечка? – перебил Голубев.

– Точно. Задержи ее немедленно и отправь в медвытрезвитель. Накажи ребятам, чтобы без нашего разрешения не выпускали. Кажется, знает она о магазине.

– Бегу! – выпалил Голубев. Медников, навалившись грудью на стол, содрогался от смеха.

– Чего ржешь, эскулап? – положив телефонную трубку, улыбнулся Антон.

– Финал допроса беспрецедентный: «Где тут у вас туалет?» – Медников вытер повлажневшие от смеха глаза. – Кому ты поверил, Шерлок Холмс? Неугомонное племя алкоголиков неистощимо в изобретении способов сравнительно мирного отъема денег, когда их прижимает похмельная нужда.

– Понимаешь, после ее рассказа у меня появилась мысль. Если подтвердится… Кстати, зачем она и какого кавказца в дело плетет?

– Надо знать Дунечку. У нее каждый смуглый здоровый мужчина – кавказец. Что-то вроде символа мужской силы.

Вошел Слава Голубев. Разглядывая руку, сердито сказал:

– Чуть не укусила, разбойница. Отправили кое-как.

– Ты Мохова и Костырева в лицо знаешь? – спросил Антон.

– Приходилось встречаться, когда их дебош разбирал. Мохов – маленький, плоский, как клоп. Костырев – здоровый черный верзила. А что?

– Дунечка сейчас тут выступала. Говорит, кавказец ее кинжалом у магазина ударил. Не Костырева ли она имела в виду? Что-то не верится мне, что он кепку во время ремонта прилавка оставил.

Голубев небрежно махнул рукой:

– У нее чем-то тупым кожа под глазом рассечена. Я специально пригляделся. Наверное, шарахнулась об угол по пьянке."

"– Возможно, – нехотя согласился Антон.