Спят усталые игрушки

– Почему вы о ней в прошедшем времени говорите? – осторожно поинтересовалась я.

– На пенсию ушла, – пояснил Николай Васильевич, – сейчас в юридическом колледже преподает, стара уже, а голова ясная, память крепкая, дела помнит! Вы с ней сначала поговорите. Только зачем вам?

– Устроилась на работу в газету, редактор заказал раскопать интересный материал о процессе прошлых лет, сектанта судили…

– А… – успокоился капитан. – Пишите, конечно, люди любят про такое читать…

Получив адрес колледжа, где трудилась «железная» Соколова, я поехала домой.

В холле сиротливо стоял небольшой кожаный чемодан. Аркашка вернулся из Индии. Я поднялась к нему в комнату.

– Как поездка?

– Хорошо, – вяло ответил Аркадий, лежа в кровати.

Я насторожилась. Занавески задернуты, свет не горит. Лицо сына непривычно красное, глаза лихорадочно блестят.

– Да ты заболел!

Сунутый под мышку градусник показал через минуту ровно сорок. Внезапно Кешу начало тошнить. Перепугавшись, я вызвала «Скорую».

Молоденькая докторица, чуть выше Маруси ростом, войдя в комнату, сразу же попросила:

– Раздерните шторы.

В свете уходящего дня стало видно, что лоб и щеки Аркашки покрывают жуткого вида нарывы. Причем выскочили они только что, буквально за последние десять минут.

Девчонка растерянно обозревала больного, потом честно призналась:

– Я в затруднении, сейчас вызову более опытных.

Через полчаса появилась дама лет пятидесяти, с грузным лицом. Уставившись на почти потерявшего сознание Кешу, она пробормотала:

– Ну и ну, что за дрянь такая?..

Потом ее взгляд упал на использованный билет Аэрофлота, валяющийся на тумбочке, и она спросила:

– Откуда вернулся?

– Из Индии.

Врач моментально выскочила в коридор и, схватив телефон, заорала:

– Восемнадцатая, немедленно ко мне, тревога номер два.

Я ничего не понимала.

– С кем контактировал больной? – накинулась на меня эскулапша.

Я пожала плечами:

– Ни с кем, его жена на работе, сестра болеет, дети с няней в доме отдыха.

Мы отправили близнецов с Серафимой Ивановной на отдых, как только заболела Маня, подальше от инфекции.

– Кто еще в доме?

– Домработница и кухарка.

В этот момент, страшно воя, во двор влетели два «рафика». Оттуда вылезла целая команда странно одетых людей. Все укутаны в брезентовые комбинезоны, на ногах нечто, напоминающее сапоги, на лицах резиновые шлемы, огромные очки и респираторы. Четверо держали в руках баллоны с распылителями, трое тащили носилки.

– Где? – спросил один.

– Второй этаж, – ответила врач.

Санитары, гремя носилками, понеслись наверх, перескакивая через ступеньки. Оставшиеся принялись методично обрызгивать едко пахнущей жидкостью холл.

– Что вы делаете? – возмутилась я.

Но никто не ответил. Бригада действовала быстро, ловко, споро.