Магия успеха

Он торопливо вручил ключи от «форда» и «тойоты», оделил всех ценными презентами и каким-то сдавленным, горловым голосом пояснил, что полуфиналисты получают бонусную премию в виде месячного тура по Норвегии, все формальности завтра в туристической фирме «Аль-таир». А сейчас — шампанского."

"Лицо его позеленело, на лбу выступил обильный пот, однако он нашел в себе силы улыбнуться и высоко поднять бокал — за женщин и успех. Корнецкая тянула прохладный, кисловатый брют и, улыбаясь, посматривала на Прохорова: голова, руки-ноги целы, и слава Богу. Она заняла восьмое место и сейчас, держа под мышкой презентованный фен, находилась в отличном настроении. Да, права Ингусик, почему бы не скататься в Норвегию, где во фьордах плещутся косатки. Прохоров шампанского терпеть не мог, даже не пригубив, он поставил бокал и с ненавистью покосился на Черного Буйвола, — ну погоди, гад, попадешься ты мне в чистом поле!

За столом эгидовцев было не до тостов, операция вступила в завершающую фазу.

— Внимание всем, это первый. — Плещеев вытянулся в кресле, глаза его не отрывались от сцены, где дело уже близилось к концу. — Работаем по четвертому варианту, повторяю, по четвертому варианту. Всем нулевая готовность.

Мгновенно Катя, Алла и Наташа встали из-за стойки и, пританцовывая, направились на улицу, чтобы взять под контроль пятачок у входа, спецназовцы из группы захвата вышли проветриться в парк и беззвучно затаились в кустах, снайперы проверили затворы и стали по системе йогов замедлять дыхание: стрелять необходимо во время паузы, когда замирает сердце.

— Ну, на счастье! — Не допив, господин Морозов разбил свой бокал, сделал несколько шагов к краю сцены и внезапно, схватившись за сердце, рухнул прямо на судейский стол. Брызнули стекла очков, прощально зазвенел хрусталь, проснувшийся мент истошно заорал:

— Служу Советскому Союзу!

Крики, шум, визг, бой посуды, суета и неразбериха. Бодигарды положили Морозова на стол, и целитель Дятлов принялся оказывать ему первую помощь, но вскоре даже он понял, что имеет дело с трупом.

— Наука здесь бессильна, — сказал эскулап и бочком-бочком отправился мыть руки — только его и видели.

— Господа, музыкальная пауза. — Следом за ним исчез Яша Лохматович, полуфиналисты тоже быстренько убрались за кулисы, а чертов Пиль со своими сыновьями запели на четыре голоса:

А ты такой холодный, как айсберг в океане…

— Братва, коренной зажмурился, менты приедут, всех заметут.

Среди почтеннейшей публики возникла легкая паника, народ косяком устремился на выход, и бородач в роговых очках и на редкость удачном галстуке без труда затерялся в орущем этом скопище.