Усни, красавица

Соня расстроена, но она и торжествует, потому что какая-то справедливость в ее понимании восстановлена. Смертью Алены наведен порядок в мироздании, злодеи будут наказаны. Соня всех предупреждала, била во все колокола, но звон не донесся до нужных ушей. Пусть будет хуже этим ушам.

Татьяна Иосифовна готовится выполнить долг безутешной матери, она будет вполне удовлетворена тем, что трагедийность ее собственной фигуры возрастет: «И помимо всего она потеряла единственную дочь!» Но Татьяне на самом деле спокойнее оттого, что она не присутствует при самом событии. И не участвует в нем.

– А как меня привезут? – спросила Татьяна.

Лидочка не знала, как должны привезти мать Алены.

– Я могу за вами приехать, – сказала она неуверенно. И не потому, что была глуха к страданиям других людей – люди, с которыми она познакомилась вчера, не были ей приятны, и ей не хотелось быть втянутой в круговорот их чувств и поступков.

– Нет, – ответила Татьяна после некоторого раздумья. – Пожалуй, я тебя оставлю в резерве. Сейчас буду звонить в «Мемориал». Должны же они обеспечить транспорт. И, кстати, венок… и материальную помощь. Конечно же, они обязаны предоставить материальную помощь. Я хочу быть уверенной в том, что Алена будет достойно предана земле.

Лидочка хотела сказать, что об этом позаботится институт, но промолчала – не ее дело вмешиваться в эти частности. Хотя, как подумала она, любопытно, что при полном развале Академии, какие-то обязательные функции институты продолжают выполнять – в частности, организацию похорон. На зарплату денег может не остаться, но похороны институт обеспечит, в крайнем случае и Президиум поможет.

– Ты никуда сегодня не уходишь? – спросила Татьяна.

– Я буду тебе звонить. А ты запиши местный телефон. Если будут новости, немедленно сообщи мне, здесь будут люди – они так добры ко мне. Они добегут ко мне и расскажут. Правда? – Последнее слово относилось к тем, кто стоял рядом с Татьяной. – Вот видишь, – закончила она. – В тяжелые моменты русский человек всегда приходит на помощь слабому и несчастному. До свидания, Лидочка, и спасибо тебе за участие. Я никогда не забуду благородной роли, которую ты сыграла в моей трагедии.

– Ну, что вы, – ответила Лидочка, которая не знала, какую роль она сыграла, она хотела попрощаться, но оказалось, что Татьяна еще не спросила главного:

– Лидочка, а ты не знаешь, какое снотворное выпила Аленка?

– Нет, Соня мне не сказала.

– Ну как же так! Пожалуйста, узнай для меня. Может, милиция знает?

– Я постараюсь, – хотя было совершенно непонятно, зачем ей это узнавать.

– Тогда до свидания, девочка.

Татьяна всхлипнула и повесила трубку.

Лидочка убрала со стола. «Я совсем забыла, что меня саму собирались убить», – подумала она.